Найти: на

 

Главная

Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

Наши гости

Нам пишут...

Библиография

Историческая публицистика

 

В. Бедин, М. Кушникова, В. Тогулев.

Кемерово и Сталинск: панорама провинциального быта в

архивных хрониках 1920-1930-х гг. (документальная версия).

  Часть вторая. СТАЛИНСК

ГОД 1937

Страница 2 из 2

[ 1 ]  [ 2 ]

Мартовский горпартактив. – 26-30 марта 1937г. собирается городской актив. С докладом выступает секретарь горкома Булат. Его речь производит гнетущее впечатление. Для начала он разделывается с «церковниками»:

«Я могу вам привести пример враждебной работы врага. Вот возьмем церковников. Посмотрите, насколько нагло ведут свою работу и как они стремятся в своих контрреволюционных целях использовать нашу Конституцию. В Осиновке 18 февраля вновь сгруппирована группа верующих в числе 17 человек. Без разрешения поселкового совета проводили свои организационные сборища, в тот же день послали заявления в поселковый совет, не в порядке просьбы, а в порядке извещения, что «на основании новой Сталинской конституции приступаем к совершению обрядов». Они знают, что Конституция дает право вероисповедания, но они знают, что партия против религии, а в заявлении пишут, что они молятся на основании Конституции».700

Эти слова вызвали в зале смех. В самом деле, какое своеволие: воспользоваться правом, записанным в Конституции, которая в те поры была не более чем суесловной декларацией.

Далее Булат констатирует, что «ярчайшим доказательством нашего благодушия и притупления классовой бдительности» является фашистская деятельность на Осиновском руднике врага партии и народа Евзерова, который вместе со своей женой Брин, прикрываясь партбилетами, вели фашистскую работу: «Они так ловко опутали всех остальных членов горрайкома Осиновской парторганизации, так ловко втирали очки руководящим работникам Сталинского горкома и мне лично как секретарю горкома, что мы долгое время не сомневались в их преданности партии, думали, что Евзеров хороший хозяйственник, и лишь спустя год, когда мы с большим запозданием вскрыли троцкистско-вредительскую разрушительную работу Евзерова, Брин, становится диким, как мы так долго не могли разглядеть волков в овечьей шкуре». «Проехался» Булат и по троцкисту Работину. Де, именно Работин довел жителей Сталинска до того, что начались перебои с хлебом, так что все «прямо скучали по хорошо выпеченному хлебу», скармливая рабочим «плохой хлеб», и вина горкома опять-таки в том, что вовремя не вскрыли.701  

В прениях «троцкистскую тему» продолжил некто Ершов. Он выводит на чистую воду некоего Шевелева, который лично был знаком со знаменитым «врагом» Каменевым: «Тов. Анфилофьев привел пример с коммунистом Шевелевым, правда, тут надо предъявить счет и нашим органам. Мы его выявили с первым обсуждением троцкистско-зиновьевского центра и заявили об этом нашим органам, что он был вместе с Каменевым, когда последний был в ссылке в Ачинске, но к сожалению, его выявили не так давно и здесь есть некоторая неубедительность…».702

Коммунист Тихонов рассказывает о том, что в Сталинске многие балуются изображениями свастики. Он считает, что это дело приобрело уже массовый характер. Так, один ученик 4 класса вырезал свастику на резинке, «потом лепит всем в классе и в школе на разных предметах, учебниках и везде, один ученик говорит другому: размалюй меня, налепи мне на пимах и везде». Еще Тихонов где-то подслушал, что в школе ходили такие разговоры: «Вот ты пионер, носишь красный галстук, а если бы ты был фашистом, то носил бы черный».703

Выступающий Гескин хвалится тем, что «при первых проявлениях вредительства» со стороны некоего Спасского он сообщил о нем куда следует, все же вина Спасского заключалась в том, что он «никакой конкретной работы… не вел, а все время сидел в библиотеке».704

Речь Гескина несколько раз прерывалась репликами. Приводим любопытную перепалку:

БУЛАТ: Мне интересен вопрос, который я должен поднять. Все мы должны помогать НКВД. Вы должны сообщать в НКВД, Вы должны обязательно сообщать директору завода, но как коммунист Вы обязаны сообщать в горком партии, ведь мы должны разбирать эти вопросы и вы как коммунист, ни Вы, ни секретарь парткома в горком не заявляли.

РОВИНСКИЙ: Я заявляю, что он не только в горком, но и в НКВД никогда не заявлял.

ГЕСКИН: В горком я действительно не сообщал, а в НКВД я сообщал…

ГОЛОС С МЕСТА: Пускай он скажет, НКВД от него ничего не получал.

ГЕСКИН: В НКВД я сообщал… Я буду ставить этот вопрос перед Бутенко, чтобы у меня убрали известных подозрительных лиц…705

Очевидно, и Булат, И Ровинский и «Голос с места» в НКВД стучали, коли они так резво обрушиваются на Гескина за «не-стукачество»…

Неоднократно прерывалось репликами и выступление будущего врага народа Злотникова.

ЗЛОТНИКОВ:… Наша партийная организация с Франкфуртом вела большую борьбу. В чем тогда заключалась наша ошибка? Мы думали, Франкфурт большой либерал.

РОВИНСКИЙ: Он не был либералом, а был контрреволюционером.

ЗЛОТНИКОВ:… В то время руководители Кузнецкстроя Франкфурт, Грольман, Кантер, Кроник, Гольденберг и еще целый ряд пытались изобразить дело так: партийная организация не должна вмешиваться в хозяйственные дела, пытаясь этим помешать партийной организации, … разоблачить их антипартийную деятельность.

БУТЕНКО: Ты скажи, кто еще остался кроме неразоблаченных из связи Франкфурта.

ЗЛОТНИКОВ: Связь с Франкфуртом я категорически отрицаю, но я не представляюсь Иваном, не помнящим, как здесь показали себя Прокошин и Дульнев, я никогда не скрывал о своей бытовой связи с Батиковым – контрреволюционным троцкистом… Связи с Тарасовым у меня не было и это доказано. Связь с Батиковым я расцениваю как политику использования меня классовым врагом, как свою политическую слепоту… Это пятно на моей партийной совести.706

Ужасающе выглядит покаяние следующего будущего «врага народа», Цуцульковского. Стараясь обелить себя, он набрасывается на такую знаменитость, как Бардин, требуя разобраться с последним, т. к. за спиной Бардина, де, скрывается «всякая сволочь». Итак, - процитируем еще нападки Цуцульковского на Бардина: «… Я должен в первую очередь дать ясный и четкий ответ в соответствии со справкой, которую привел т. Булат в своем докладе… О чем говорит эта справка? – что я, работая во Всесоюзном объединении «Сталь» якобы подхалимничал по отношению к ныне разоблаченному контрреволюционеру бывшему зам. управляющего «Стали» Шлейферу. Я пришел в «Сталь» в декабре 1934г., а с февраля 1936г. я уже там фактически не работал, причем и из этого периода я 4 месяца работал в ГУМПе. Моя ошибка, глубокая политическая ошибка, которую я признаю здесь, выражается в том, что мы, целый ряд работников и я, как один из помощников управляющего «Стали», не смогли разглядеть классового врага – шпиона-диверсанта, который под дымовой завесой славословий, напыщенных речей, бесчисленного количества рапортов, творил свои вредительские дела. Все вы следили за работой южной металлургии в 1935-36гг. и газетой «За индустрию», с которой не сходили тогда рапорты Шлейфера. Этот классовый враг телеграммами и рапортами создал себе ореол большого хозяйственника. А мы в обстановке узкого делячества и отсутствия бдительности не могли этого врага разглядеть. Между тем… в одном их журналов… появилось две статьи. Воспоминание об ярославском контрреволюционном восстании. Шлейфер был в них выведен как вдохновитель этого восстания, он до восстания был председателем Совета в Ярославле как меньшевик. Мы этот вопрос довели до обкома партии, он был членом обкома и кажется кандидатом в члены ЦК большевиков Украины. Шлейфер, как я помню, представил решение ЦКК по этому вопросу от 1927г. или 1929г. и на этом дело было кончено. Но этот сигнал должен был бы нас насторожить и мы должны были к Шлейферу присмотреться, а мы этого не сделали... Здесь есть целый ряд работников, рабочих в Комбинате во время Франкфурта, который теперь арестован и сидит. Никто по большевистски не выступил и не сказал прямо, кто вместе с Франкфуртом творил эти вредительские дела. ОСТАНОВЛЮСЬ НА БАРДИНЕ. Я ЕГО НАБЛЮДАЮ ВСЕ ВРЕМЯ, ВСЕ ЗНАЮТ, ЧТО ОН НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЕТ, МЕЖДУ ТЕМ БАРДИН РАБОТАЕТ НА СТРОИТЕЛЬСТВЕ С 1929Г. Я СЧИТАЮ, ЧТО ЭТОТ ВОПРОС ДОЛЖЕН БЫТЬ ОСВЕЩЕН НЕ ТОЛЬКО С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ КРИТИКИ, А КАК ГОВОРИТ  ТОВАРИЩ БУЛАТ, НУЖНО ГЛУБОКО ПРОАНАЛИЗИРОВАТЬ ЭТИ ВОПРОСЫ, ЧТОБЫ ЛИКВИДИРОВАТЬ ПОСЛЕДСТВИЯ ВРЕДИТЕЛЬСТВА… БАРДИН ПРИ ФРАНКФУРТЕ БЫЛ ЦАРЬ И БОГ, ОН ИНЖЕНЕР-МЕТАЛЛУРГ И ЧЕРЕЗ БАРДИНА ФРАНКФУРТ ПРОВОДИЛ СВОИ КОНТРРЕВОЛЮЦИОННЫЕ ДЕЛА. ПОСЛЕ ФРАНКФУРТА БАРДИН СИДИТ И ЦЕЛЫЙ РЯД ЛЕТ НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЕТ. ТОВАРИЩ БУТЕНКО НЕ СТАВИЛ ВОПРОСА О СНЯТИИ ЕГО. (Реплика Бутенко: Нет, ставил). НАВЕРНОЕ, НЕДОСТАТОЧНО ТВЕРДО. ЗА СПИНОЙ БАРДИНА СКРЫВАЕТСЯ ЦЕЛЫЙ РЯД СВОЛОЧИ… ЭПОПЕЯ БАРДИНА И ЕГО ПРИСПЕШНИКОВ ДОЛЖНА БЫТЬ ГЛУБОКО ИЗУЧЕНА» (курсив наш).707

Итак: «Через Бардина Франкфурт проводил свои контрреволюционные дела», Бардина обвиняют в контрреволюции и пособничестве Франкфурту; и Бутенко (директор КМК) также обвиняет Бардина и всячески желает от него избавиться… По сю пору недоумеваем, как все-таки удалось уцелеть Бардину, если верноподданным пигмеям удалось расправиться с таким колоссом, как Франкфурт…

Июльский партактив. – Борьба с врагами народа продолжается на партактиве 11-13 июля 1937г. Оратор Терентьев сообщил, что в аэроклубе долгое время орудовали троцкисты Прохоров, Косторов, и Скоторенко. Они старались так организовать работу, чтобы в 1937 году не выпустить ни одного пилота. Нападкам подвергается также и будущий «враг» Злотников:

«Злотников, - говорит в своем выступлении некий Горбатов, - дает непосильные задания коммунистам, чтобы скомпрометировать. Эта шайка говорит и насаждает свои кадры и когда Гольденберг узнал, что стоит вопрос об его увольнении, Агамолову подает заявление, а тот дает ему увольнение по собственному желанию. Вот как враг на глазах орудует, а мы не видим».708

Как видим – отливаются Злотникову «мышкины слезы», читай – собственные нападки на знаменитого инженера Бардина.

Неистовствует директор КМК Бутенко (тоже будущий враг). Он предупреждает заводской коллектив, что «мы еще не разоблачили многих вредителей», и что «на литейных ковшах рисовали фашистские знаки, а выявить до сего времени врагов мы не смогли».709

На том же партактиве некто Щенников сокрушается, что в Старо-Кузнецке расширяется церковь; «а мы антирелигиозной работы не ведем», тогда как церковники вовсю «ведут пропаганду». Тему продолжает сотрудник отдела пропаганды и агитации горкома Селиверстов. Он разузнал, что в Старо-Кузнецке какой-то загадочный «бывший наставник кузнецкого монастыря сгруппировал вокруг себя гнездо попов и бывших лишенцев» и под видом религиозной общины создал «контрреволюционное гнездо». Остается только гадать, о каком таком монастыре говорит Селиверстов? Ведь последний монастырь близ Кузнецка ликвидировали еще в 18-м веке…710

На следующем партактиве, от 31 октября 1937г., с подробностями о деяниях «врагов» выступает начальник горотдела НКВД Ровинский: «В ЗПК сидели Глущенко, Кучеров и другие враги и пособники врагов. Кто Глущенок? Он – сподвижник Грольмана, врага народа. Глущенко работал с Добровольским, японским шпионом… Бывший секретарь горкома Тихонов, редактор Розин скрывали дело Лебедева. Тихонов – кулацкий выродок, враг… Тихонов пьянствовал с врагами народа. Я хочу еще сказать о Суслове, который был связан с этой группой врагов… Немного об истории вредительских банд на заводе. Франкфурт и Гольденберг – «Политбюро Кузнецкстроя», созданное на основе право-левацкого блока… В 1935г. в связи с разъездом Франкфурта и других блок распался , но в 1936г. опять возник под руководством Злотникова, Пинчука и других… Вредительская работа проводилась на всех цехах завода, в шахтах. Вредители сильно задели комсомол. У нас долгое время подвизался Громов – корешок Франкфурта. Франкфурт в своей книге воспевал Громова…».711

По ходу своего выступления Ровинский зачитывает показания Злотникова и Машинистова, очевидно, уже добытые в застенках НКВД…

Разгром редакции. – Подверглась разгрому и редакция «Большевистской Стали». Полное досье на редактора Пинчука было, пожалуй, уже готово в июле 1937г. Именно тогда в Сталинск приходит письмо из Хабаровска за тремя подписями: зам. редактора «Тихоокеанской Звезды» Б. Кукуя, зав. сельхозотделом той же газеты И. Степанова и зав. промышленным отделом Е. Данишевского. Это был донос на Пинчука. Вот что в нем говорилось: «Считаем своим партийным долгом сообщить, что редактор кузнецкой городской газеты Г. Пинчук был до этого рекомендован на работу зам. редактора газеты «Молот» (Азово-Черноморье) врагом народа, бывшим вторым секретарем Азово-Черноморского крайкома Малиновым. Работая зам. редактора «Молота», Пинчук пытался провести и проводил в своих статьях в «Молоте» ряд оппортунистических толкований… В результате разоблачения партийной организацией «Молота» этих оппортунистических толкований создалось положение, при котором Пинчук работать в «Молоте» не мог. Но вместо того, чтобы обсудить антипартийное поведение Пинчука, крайком партии освободил его от работы и дал ему возможность уехать из края. Узнав сейчас из газет об аресте Малинова как врага народа, мы считаем нужным поставить вас в известность об этом, чтобы выяснить истинное лицо Пинчука. Материалы об оппортунистических толкованиях Пинчука находятся в партийной организации «Молота»…».712

Разоблачение «польского шпиона». – Еще одна история связана с разоблачением польского «шпиона» Станилава Ивановича Завадского. О ней мы узнаем из письма зав. отделом кадров исполкома Коминтерна Белова, направленного в отдел руководящих парторганов ЦК ВКП (б) некоему Сухареву 25 сентября 1937г. По ранее известным данным явствовало, что Завадский с 1923г. был членом польского комсомола, с 1928г. – членом польской компартии, у участвовал даже в убийстве провокатора. До Сталинска Завадский работал в Москве на тормозном заводе и отзывы о нем были хорошие. В 1936г. Сталинск запросил Коминтерн о наличии компромата на Завадского, но в ответ была послана весьма положительная характеристика на Завадского, подписанная будущими врагами народа Краевским и Скульским. И вот в 1937г. новое руководство Коминтерна поспешило заявить, что характеристика, подписанная врагами – «невзаправдешная», и ей не стоит доверять, обстоятельства же жизни Завадского сводятся к следующему:

- В 1926г. арестован во время стычки с польской полицией, но освобожден «за неимением материалов».

- В 1926г. арестован во время выборов в больничную кассу с одним товарищем, но освобожден, так как «не сознался, что знает этого товарища, который был приговорен к четырем годам».

- Был арестован во время ликвидации национальной крестьянской партии, но освобожден.

- Был арестован в день 10-летия октябрьской революции с 25 товарищами, но освобожден под залог и надзор полиции.

- В 1928г. принимал активное участие в убийстве провокатора, «засыпался на месте и убежал, после чего был направлен в СССР».713

Не знаем, что посчитали «отрицательным» в упомянутых фактах коминтерновцы. Возможно, им не понравилось, что с места покушения на провокатора Завадский постыдно сбежал. Однако сегодня нам интересно другое: в СССР, оказывается, находили приют явно уголовные элементы, которых до 1937г. здесь считали чуть ли не героями, что не спасет, однако же, их от гибели в застенках ГУЛАГа…

Побеги трудпереселенцев. – В документах зафиксированы массовые побеги трудпоселенцев из резерваций, отведенных им советской властью для жительства под Сталинском. Бежали они потому, что жили хуже скота. Об этом читаем хотя бы в письме коменданта кузнецкой комендатуры ОТП НКВД Ковалевского начальнику управления НКВД по Западно-Сибирскому краю Миронову от 22 июня 1937г.: «С мая месяца 1936г. резко усилились побеги трудпоселенцев исключительно из восстановленных в правах гражданства и высланных преимущественно из Московской области и особенно побеги прияли массовый характер в 1937 году… Большой и главной причиной служит побегу неблагоустроенность трудпереселенцев на месте, а именно6 в связи с разливом реки Томи 9 земляных бараков на лесозаводе совершенно размыло водой благодаря чему около 600 человек остались под открытым небом… На Островской площадке плетневые дома совершенно разваливаются…, а также домиков 146, где размещено 2900 человек, которым с каждым днем угрожает опасность от обвалов, т. к. указанные домики держатся благодаря обставленным со всех сторон подпоркам».714

Обращает на себя внимание статистика. 600 человек в 9 землянках – это значит, по 67 человек в одной землянке. А 2900 человек в 146 плетенках – это значит, по 20 человек в одной плетенке…

Враги, враги… - В переписке горкома также наталкиваемся на следы различных «контрреволюционных банд», которые вредили народу в целом и стахановцам в частности. Вот письмо секретаря Горкома Фурмана секретарю обкома Алексееву (недатированное). Из него узнаем, что Сталинским горотделом НКВД вскрыта контрреволюционная правотроцкистская диверсионно-террористическая организация, созданная Сибирским право-троцкистским контрреволюционным центром и действующая по его директивам. Оказывается, что эта организация возглавлялась председателем Горсовета Лебедевым, членами же организации были Машинистов (бывший секретарь Горсовета), Гудымович (бывший зав. Горпланом), Селиверстов (бывший директор Кузнецкой МТС), Ракочи (бывший директор местпрома), Арсентьев (уполномоченный комзага СНК), Логвиненко (бывший зав. ГорЗО).715

Тот же Фурман в письме, направленном 22 декабря 1937г. в обком ВКП (б), сообщает о контрреволюционной деятельности некоего Колмакова: «Сталинский ГК ВКП (б) посылает материал на Колмакова на 15 листах, из материала и из ряда показаний членов ВКП (б) Поддубного, Кармалина, Кучерова, Сухового и Шушкова установлено, что Колмаков имел связь с врагами народа Платковским, Бодяко, Гендиной, Комаровым, Шерстковым, Савельевым, со всеми вышеперечисленными Колмаков дружил, бывал у них на квартире, устраивали вечеринки, проводы и встречи с выпивкой. Колмаков, будучи председателем комиссии по чистке парторганизации заводоуправления, в своем распоряжении тогда, в 1934г., имел достаточный материал, разоблачающий Бодяко как врага народа, тем не менее оставил его в партии и будучи на работе зам. зав. отделом парткадров, всячески прикрывал Бодяко, получая дополнительные сигналы, разоблачающие лицо Бодяко, затушевывал, не давал им хода вместе с Илиным (в то время работающим в ГК ВКП (б) инструктором по исключению)».716

Колмакову также инкриминировалось, что в 1935г. во время обмена партдокументов, когда вдруг «обнаружился» материал на Бодяко и был поставлен вопрос об исключении Бодяко из партии, Колмаков выступал против исключения, предлагая ограничиться лишь партвзысканием за бытовое разложение. Не было забыто и то. что в 1935г. Колмаков по своим личным делам ездил в Москву, но командировку от комбината ему оформил именно Бодяко. После же разоблачения Бодяко как врага народа, был поставлен вопрос о партийности самого Колмакова, но некий Тимофеев, возглавлявший бригаду крайкома, «этот вопрос смазал», ограничившись лишь снятием Колмакова с работы.

«Колмаков, - говорится далее в письме Фурмана, - всячески прикрывал троцкиста Савельева (бывшего директора леспромхоза Терси), на которого также имел материал, разоблачающий Савельева как троцкиста, но под покровительством Колмакова Савельев оставался в партии до проверки партдокументов. Колмаков прикрывал врага народа Гендину, всячески поддерживал ее и способствовал ей во вражеской работе. Колмаков скрывал материал, разоблачающий как врага народа Елисеева, получив материал на Елисееву, вместо постановки вопроса на бюро о ее партийности стал ходатайствовать о снятии с партучета Елисеевой по болезни в Халилстрой, и по его ходатайству Елисееву сняли с партучета. Материал был обнаружен в столе Колмакова после его отъезда из Сталинска секретарем Горкома Крулем и отправлен в Орский горком партии».717

Попытка самоубийства. – В 1937-м году, бывало, покушались на самоубийство не только «враги», но и их разоблачители, чему доказательством может служить письмо начальника Сталинского ГО НКВД (б) Ровинского начальнику УНКВД по ЗСК от 23 августа. Из письма узнаем, что 22 августа пытался повеситься член колхоза «Красный Командир» Павел Фадеевич Кобелев. Расследованием установлено, что Кобелев являлся активным общественником и стахановцем. Но над Кобелевым был начальник – бригадир Копылов, сын кулака, лишенного избирательных прав. Стахановец Кобелев систематически разоблачал Копылова, и последний не был безответным, поскольку в отместку решил стукача – стахановца попугать. 22 августа бригадир Копылов сообщил стахановцу Кобелеву, что составил на Кобелева акт о его вредительской и контрреволюционной деятельности, что этот акт передается в органы НКВД и Кобелева, де, за вредительство посадят. «После этого, - сообщается в документе, - Кобелев…, уйдя с пашни, повесился недалеко от деревни, но благодаря тому, что мимо места самоубийства шел колхозник Голенко, Кобелев своевременно был снят с веревки». Бригадира Копылова арестовали.718

«Правая» группа. – Событие: из квартир выселяют номенклатуру. Сколько «шишек» слетело со своих мест в одном только Горсовете! И все – в приличных квартирах… Имеется и список арестованных.

Лебедев (председатель Горсовета).

Машинистов (секретарь Горсовета).

Гудымович (зав. плановым отделом Горсовета).

Логвиненко (зав. горземотделом).

Чужко (зав. ГорОНО, «чтобы не быть до конца разоблаченным, кончает жизнь самоубийством»).

Миронюк (зав. ГорФО, враг народа. «Аппарат ГорФО представлял из себя группу людей, недовольных советской властью… Это вражеское гнездо отдало под суд 7 человек лучших председателей сельсоветов, выдвиженцев из рабочих завода…»).

Дегтярев (зав. Горздравом: «Этот Дегтярев был прислан в Сталинск ныне разоблаченным врагом народа зав. крайздравотделом Тракманом. Дегтярев привез с собой хвост чуждых людей… Причем до этого Горздравотделом руководил разоблаченный враг народа Вейль»).

Твердохлебов (директор Горстройтреста).

Злокасов (зав. Горвнуторгом, «активный белогвардеец, враг народа, ставленник Лебедева»).

Арсентьев (уполномоченный СНК).

Маевский (зам. зав. ГорФО).

Самого Лебедева в документах аттестуют как врага народа, «любимца разоблаченного врага народа Грядинского, который пытался его провести в новый состав горкома».719

Можно только представить, сколько сплетен ходило по поводу прилюдного выселения «врагов». Наверное, были и эксцессы. Во всяком случае, начальник первого района Соцгородского коммунального правления КМК Митрофан Петрович Пустовойт в письме начальнику Сталинского ГО НКВД 8 октября 1937г. просит снабдить его РЕВОЛЬВЕРТОМ (так в документе), дабы родственники врагов, убоявшись оружия, поскорее отказывались от своего добра: «Работаю начальником первого района Соцгорода и в связи с частым выселением из квартир уволенных из комбината фашистских троцкистско-бухаринских агентов, а также везде и всюду резко выступаю против врагов народа и чувствую, что на меня ни один враг народа точит зубы, а я  связан с выселением из квартир и часто как начальник района в ночное время хожу, проверяю свои участки и посты, и мне угрожает опасность, а я для защиты самого себя не имею при себе ничего, поэтому прошу вашего разрешения в приобретении мне для самообороны огнестрельного карманного оружия РЕВОЛЬВЕРТ, в чем прошу не отказать в моей просьбе».720

А боялись все-таки палачи своих жертв…

Дети – цветы жизни. – В течение многих десятилетий мы слышали о «счастливом советском детстве», воспетом и воспеваемым еще поныне многими местными литераторами, в особенности же поэтами. Листаем документы. Сталинский детдом в январе 1937 года. Койки стоят одна к другой, дети на 50% спят по двое на одной кровати. В специальной справке зафиксированы факты «грубости в обращении со служащими со стороны администрации в виде ругательств, обзываний». «Столбы», «олухи» – такими или подобными эпитетами награждаются не только дети, но и работники самого детдома.721

Из докладной записки об итогах работы школ за первое полугодие 1936-37 учебного года узнаем о микроклимате в пионерско-комсомольском сообществе города. В отчете поминаются антисоветские выходки «со стороны отдельных учеников» (т. е. чем-то сродни «взрослым» контрреволюционным делам, но только в детском варианте). В частности, говорится о том, что в 11 начальной школе «распространились фашистские знаки», потому что «ученик 4 класса в присутствии учительницы Овчинниковой во время урока вырезал на резинке фашистскую свастику и на следующих уроках отпечатывал признаки на руках и лицах учеников, что было обнаружено только пионервожатой на перемене». Как видим, бодрые пионерочки в красных  галстуках – в первых рядах борьбы с «антисоветчиной». В том же отчете поминается групповая пьянка учеников 17-й средней школы, «организованная 23 учениками 7 ноября на квартире ученицы К., кончившаяся попыткой группы выпивших мальчиков изнасиловать совершенно пьяную ученицу Р. из 7 класса». В той же школе ученик 7 класса Костылев носил в школу браунинг, неоднократно появляясь там в нетрезвом виде…722

Бытовуха. – Горотдел НКВД живо интересуется не только «вражескими», но и просто бытовыми делами. Начальник Сталинского ГО НКВД старший лейтенант безопасности Ровинский 3 февраля 1937г., например, подписал справку о состоянии медобслуживания. Из нее узнаем, что на 2 февраля в Осинниках – 50 человек заболевших тифом, в том числе и 5 школьников. Два случая смертных. Одна из причин – рабочие берут воду для купания из реки, куда попадают тифозные стоки из заразной больницы. Имевшийся биофильтр не действует, т. к. по вине вредителя Носкова здание больницы не достроено и аппаратура в нем замерзла. Ровинский также сообщает, что родильное отделение находится в рубленом доме, совершенно неприспособленном для этой цели: без смотровой, изолятора и предродовой комнат. В отделении всего 12 коек, а рожениц бывает по 16-18 человек, поэтому их укладывают на столы, табуретки и т. д. и выписывают на 2-3 дня раньше срока.723

Как жили люди? Приводим результаты обследования некоторых бараков, подписанные секретарем Сталинского горкома ВЛКСМ Мырашкиным.

Барак № 15 четвертого квартала: «Общее состояние бараков – стены грязные, небеленые, барак не утеплен, печи не в порядке, холод ужасный. Раньше этот барак был показательный – комсомольский… Табуреток нет, приходится сидеть на кроватях, нет урн, плевательниц, нет сушилки для обуви».

Это – бывший показательный барак! Каково же тогда состояние прочих, «некомсомольских»?

Барак № 8: «… не утеплен, окна не промазаны, общее состояние барака – грязно, в бараке живет 52 человека. Это количество обеспечено постельными принадлежностями только на 30%. На 140 кв. м. – 5 лампочек…».724

Фантастика! На 140 «квадратов» – 52 человека! Даже трудно вообразить такую тесноту. В коровьих стойлах, пожалуй, было вольготнее…

Музей. – В городе, как мы помним, существует музей. Его директор - Кандранин. 10 ноября 1937г. он пишет в облпрокуратуру письмо, которое в копии отправляет Сталинскому горкому: «Сталинский краеведческий музей просит вмешаться в незаконные действия Сталинского Горсовета, выраженные в следующем: С ведома Горсовета был издан вредительский приказ в феврале месяце 1937 года (бывший зав. ГорОНО Чужко) о переводе музея из г. Кузнецка в г. Сталинск (что должно было быть только по приказу Наркомпроса), причем в совершенно непригодное помещение школы № 12, где музей не может быть открытым. Экспонаты музея находятся в небольшом по сравнению с бывшим зданием музея (в одной комнате), часть даже расположена в кладовых и упакована в ящики, отчего они быстро приходят в негодность. Затем собственное здание музея (есть подтверждающие документы о принадлежности здания музею) занял кузнецкий райсовет. В таком городе как город Сталинск, имеющий закрытый музей, который должен вести культурную и политвоспитательную работу, это так и нужно расценивать как вредительство или, вернее, контрреволюционное действие».725

Невозможно не прервать чтение письма. Как мы помним, зав. ГорОНО Чужко объявили врагом народа и он покончил жизнь самоубийством. Как-то не очень ловко себя чувствуешь, когда читаешь наскоки, пусть даже аргументированные, на незаслуженно пострадавшего человека. Хотя – каково отношение к людям, таково отношение и к музеям. Симптоматично, что Сталинский музей закрыт как раз в ту пору, когда людей «хватают» на улицах без разбору… .

«Надо сказать, - пишет далее Кандранин, - что на протяжении ряда лет директора добивались лучшего помещения (есть оконченный проект переоборудования бывшего кузнецкого собора), но и последнее отнято и музей фактически закрыт, а экспонаты гибнут. Сейчас нужно приступить к составлению смет, но не имея совершенно перспектив, невозможно приступить к данному объекту работы, т. к. вышеуказанное целиком зависит от помещения, где должны быть развернуты работы, отсутствие сметы грозит существованию музея. Обо всем этом неоднократно ставилось на Президиуме Горсовета, но все или оттягивалось, или просто снималось с повестки дня, об этом хорошо знает Сталинский ГК ВКП (б) (неоднократное устное мое заявление и докладная записка от 15 октября 1937г.), а также ОблОНО и Облисполком (тов. Вольфрам), но вот уже 9 месяцев, а результатов никаких. Прошу областную прокуратуру о вышеуказанном воздействовать через облисполком на Сталинский Горсовет».726

И опять же нельзя не сделать ремарку. О, злосчастный кузнецкий Преображенский собор! Вернее – руины, которые от него остались после нашествия роговских скопищ. Выходит, пытались все-таки в свое время переоборудовать его под музей. Многим позже, в 80-е годы, история повторилась. У кого-то из начальства возникла светлая мысль устроить в бывшем соборе ресторан по названием «Старая крепость». Очевидно, под воздействием возмущения общественности, идея видоизменилась: речь шла уже об устройстве органного зала, потом -–филиала музея. Но – грянула перестройка и естественный ход вещей вернулся на естественный круг. Как известно, собор вновь превратился в храм. Но вернемся к музею.

Мы обнаружили еще одно письмо Кандранина, направленное секретарю горкома Сильвестрову. Письмо не датировано. Есть в нем и примечательная особенность: Кандранин называет свой музей районным краевым, а не городским. Очевидно, - статус музея уже изменен…

«В феврале месяце 1937г. по распоряжению бывшего зав. ГорОНО Чужко Сталинский районный краевой музей был переведен из Старокузнецка в Сталинск с целью якобы приближения музея к основному населению города Сталинска. В действительности же эта переброска была произведена с единственной целью врага народа Чужко разрушить музей, уничтожить все ценные экспонаты музея и таким образом вывести из строя одно из политико-просветительских и научно-исследовательских учреждений. Музей поэтому был переведен в здание 12 школы, неподготовленное и совершенно непригодное (по правилу размещения, согласно приказа НКП, музей не должен размещаться в школах и деревянных зданиях) помещение. С вредительской же целью был изменен профиль музея: вместо краеведческого он был назван биологическим с образованием в нем одного отдела природы, а остальные отделы музея было предложено ликвидировать совершенно».727

Как мы помним, один из первых директоров музея Кайдалов специализировался на набивании чучел, чем прославил музей на весь регион. Возможно, именно с той поры в сознании граждан и начальства Сталинска произошел крен в сторону природоведческого профиля музея. Былые находки Ярославцева, послужившие основой для создания музея (исторические геологические и прочие разыскания), стали начисто забываться. Не с времен ли Кайдалова? Однако продолжим чтение письма Кандрашина:

«Мы своевременно довели до сведения музейный отдел наркомпроса СССР и Сталинский Горсовет о незаконном переводе музея в другое помещение, но до сих пор никаких мер по восстановлению музея не принято. В настоящее время музей находится в свернутом виде, а экспонаты его подвергаются разрушению из-за совершенной непригодности помещения. Вопрос о музее был рассмотрен на парткоме ГорОНО, где вынесено решение просить ГК ВКП (б) о необходимости немедленного восстановления музея и представления ему здания, в котором он находился до его переброски. Исходя из выше изложенного прошу ГК ВКП (б) принять следующие меры для восстановления музея: 1) Предложить Горсовету выселить Старо-Кузнецкий Горсовет из здания, которое является собственностью музея (документы на право владения зданием как собственности хранятся в музее), 2) Предложить ГорОНО отменить вредительский приказ об изменении профиля музея и установить три отдела музея: природы, истории и сельского хозяйства, а также дать указание об организации антирелигиозной выставки при музее, которая впоследствии должна быть превращена в антирелигиозный отдел, 3) Предложить ГорОНО увеличить финансирование музея с таким рассчетом, чтобы увеличить штат научных работников и обеспечить организацию указанных отделов».728

Итак, в «грозном 1937-м» в Сталинске, как и в Кемерово, на первый взгляд течет неспешная «двухслойная» жизнь. Вопросы культуры, здравоохранения, хоть и нечасто, всплывают на партийных форумах, кто-то ратует за благоденствие театра или музея, а подспудно бушует кровавый шквал арестов и расстрелов.

После Великой Отечественной войны, читая об ужасах Бухенвальда и Освенцима, бывало, содрогались: как же, зная все, что происходит, мирные бюргеры пунктуально ходили на работу, обзаводились домашней утварью, учились, женились. Потом поняли, отчасти не без помощи изучения архивных документов собственной истории. Люди обладают страшным, но и спасительным свойством: привыкать к масштабам преступлений – иначе как было выжить в климате тотального страха и неуверенности в своей судьбе. Вырабатывалось, очевидно, «противоядие»: вчера ночью «схватили» соседа, но не меня же, а до завтра еще дожить надо…

О подспудном бурлении этой «двуслойной» жизни свидетельствует приведенная ниже хроника. 

<< Назад    Далее>>

Содержание

Ждем Ваших отзывов.

По оформлению и функционированию сайта

Главная

Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

Наши гости

Нам пишут...

Библиография

Историческая публицистика

Литературная страничка - Дом Современной Литературы

               

© 1984- 2004. М. Кушникова, В. Тогулев.

Все права на материалы данного сайта принадлежат авторам. При перепечатке ссылка на авторов обязательна.

Web-master: Брагин А.В.

Купить диплом техникума почему стоит купить диплом.
Хостинг от uCoz