Найти: на

 

 Главная

 Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

 Наши гости

 Нам пишут...

 Библиография

 Историческая публицистика

Мэри Кушникова

НА ПРОТЯЖЕНИИ ВЕКА

Очерки

ПОЗЫВНЫЕ ПАМЯТИ

О ТЕХ, КТО РАСТИТ САДЫ…

Старожилы края – хранители доброй памяти. Что только не оседает в личном архиве любого жителя города или села за каких-нибудь тридцать-пятьдесят лет. Документы, грамоты, фотографии – свидетели прожитых лет и трудовой деятельности, часть летописи нашего времени.

Кемеровчанка Александра Ивановна Жукова всю жизнь вела записи и сохраняла множество, казалось бы, самых будничных документов. За более чем восемьдесят прожитых лет у нее собрался примечательный бытовой архив, в частности, связанный и с садоводством.

Кузбасс – край индустриальный и жизнь его настроена, главным образом, на производственный ритм. Именно поэтому Кузбассу так нужны сады. Сады – не только зона отдыха, кладовая здоровья, «плацдарм» для трудовой деятельности молодежи. В общении с деревьями и цветами горожанин восстанавливает утерянную связь с природой, вновь учится видеть ее красоту, а соответственно, и беречь ее. Садоводы – это племя не только великих тружеников, но и добрых людей, потому что земля щедра только для тех, кто родственно и любовно к ней привязан.

Знакомство с Александрой Ивановной Жуковой началось с того, что, невзирая на лета (ей было 75!), она, помогая подготовить телепередачу о народных мастерах, объездила и обошла своих сверстниц, жительниц Кемерова. Она находила шитые настилом скатерти и плетенные на коклюшках кружева, картины, писанные на далеких таежных заимках самодеятельными художниками-любителями, и переходившие из поколения в поколение троечные свадебные колокольцы с наивной надписью «кого люблю, тому дарю». Все это – чтобы доказать, как богат мастерством родной край, который она сама называла не иначе, чем «край мастеров». В ту пору она еще не рассказала и не показала самого главного – своего личного архива. Я бы назвала его «Сказание о тех, кто растит сады».

В книге Ивана Алексеевича Балибалова «Кемерово» в разделе «Памятные даты», наряду с 1618 годом – датой основания Кузнецка, и наряду с годом 1918-м, когда в Щегловске состоялся первый уездный съезд Советов, указан год 1927 – когда в Щегловске появились первые плодовые сады. В числе первых садоводов был Федор Харлампиевич Жуков. В 1928 году он завел сад и был одним из учредителей мичуринского общества в Кемерове. Четверть века своей жизни он отдал преобразованию сибирской природы, вырастив большой плодовый сад. За это время он увлек своим благородным примером сотни кемеровчан.

Листаю подшивки газеты «Кузбасс» двадцатипятилетней давности. В номере от 19 октября 1952 года нахожу целую страницу под «шапкой» - «Всемерно развивать садоводство в городе Кемерово». Областная газета тех лет пестрит заголовками «У мичуринцев Кемерова», «Растут сады земли Кузнецкой», «Богатый урожай фруктов»… Газета рапортует: «В прошлом году у Ф. Х. Жукова одна яблоня «Ранет-пурпурный» дала 169 кг плодов. Тов. Жуков вырастил несколько своих гибридных сортов, которые на выставке получили высокую оценку». А в 1957 году на странице под заголовком «Промышленный и культурный центр Кузбасса», наряду с рассказом о династии Покреповых – рабочих коксохимзавода, написано: «Окраины города превратились в цветущие сады – это большая заслуга людей, которые после трудового дня идут на свои мичуринские участки и с любовью ухаживают за деревьями и кустарниками».

Листая пожелтевшие номера газет, понимаешь – в Кузнецком крае и, в частности, в нашем городе любили сады. Но сказ о том, как люди растили сады, - это «Рабочий журнал» Александры Ивановны Жуковой: «Год 1930. Весна. Подсадка яблонь, полученных из Омска. Год 1932. Лето. Произведена окулировка: 1. Вяз европейский – 5 шт. Клен американский – 2 шт. … Год 1937. Осень. Посажены семена яблонь: алма-атинский апорт – 90 шт. Лимонка – 40 шт.»

Аккуратные записи в течение четверти века. Весна, лето, осень. Каждый год. С того самого 1928-го, когда торжественно внесено в журнал: «Заложен сад». Начинающих садоводов влекут экзотические «малина канадская» и «земляника саксонка», - и все же любят они черемуху и не изменяют сибирскому крыжовнику.

Преображался город, преображался край, но рост его и цветение были бы неполны, если бы люди не растили сады. А они растили. Они селекционировали и списывались с другими любителями. Они обменивались опытом и советами. У А. И. Жуковой записаны адреса с обширной географией: М. Г. Федоров – Мичуринск, Б. Я. Алишева – Томилово, П. П. Кримс - Рига, Н. С. Аникин – Саратов. И сколько других! Читаешь эти списки и представляешь, как через всю страну приветствуют друг друга и шлют вести о цветах и деревьях люди, выращивающие сады…

Волнующие старые фотографии – летопись сада. Федор Харлампиевич около своих любимых вишен. Александра Ивановна снимает с дерева огромные яблоки. Жуковы среди цветов – целые поля гладиолусов и георгинов. А вот хозяин в марлевой маске. «Для опыления держали несколько «колодочек» (ульев)», - рассказывает Александра Ивановна. А вот люди среди цветов и деревьев. Радушные супруги Жуковы встречают гостей около огромных георгинов «Лев Толстой».

Экскурсии ходили сюда постоянно, потому что Жуковы любили людей, а кемеровчане любили сады. Особенно цветы. Жуковский род из поколения в поколение жил на Кузнецкой земле. А Александра Ивановна восемнадцати лет приехала в Щегловск из-под Новосибирска в 1917 году. Как заложили сад, сказал Жуков жене: «Сад без родных цветов – не сад. Привези из своих мест». И Александра Ивановна привезла.

«А напротив жила Зоя Григорьевна Чукурова (Салашина). Так та из Томска, со своей родины, георгины привезла. И давай мы с ней соревноваться, - рассказывает Александра Ивановна. – Через десяток лет у нас к пятидесяти сортам дело шло. И в городе, на нас глядя, во многих садах уже растили астры, маргаритки, календулы. Сколько цветов выросло, что хозяйки не знали, кому дарить, в какие горшки да вазы в комнатах ставить».

Вот фотографии с первых выставок садоводов. Дары земли, выращенные руками Александры Ивановны и ей подобных людей щедрого сердца. И целый веер грамот (некоторые хранятся в Кемеровском краеведческом музее). Украшенные виньетками из цветов, злаков и лент, среди которых с лукавинкой улыбается Мичурин, глядя на своих последователей: «Что, обратил вас в свою веру?» Дипломы 1 степени и почетные грамоты отмечают на ежегодной (уже традиционной) выставке «успехи А. И. Жуковой, любителя-цветовода, в выращивании хороших сортов цветов и озеленении района», или «помощь в развитии цветоводства в лечебных учреждениях».

Вот А. И. Жукова вместе с главврачом одной из тогдашних больниц разрабатывает план будущего сада, а вот они же – в этом саду, около цветущих клумб.

«Знаете, с чего начались выставки? – рассказывает А. И. Жукова. – Приехала из Рудничного района в центр садовод Хмурова. Некуда уж цветы девать, столько в то лето их уродилось. Стала Хмурова около гастронома – начала раздавать людям. Бесплатно. Просто для их радости. А они сомневаются – неудобно, вроде, брать. Ну, пошла она в горисполком: обидно, мол, цветы людям нужны, как тут быть? Давайте сделаем для начала выставку, - ответили ей. И вот собралось около клуба ГРЭС человек 50, стали в очередь на первую выставку цветов!»

Вскоре еще раз выяснилось, как много значит соревнование в любом добром деле. От выставки к выставке цветы становились все краше. У Жуковой гладиолусы были такие, что люди спрашивали: «А они живые?» Те, кто никогда не занимался садоводством, спрашивали адрес и приходили «заказать» луковицы полюбившегося сорта. Жукова не продавала цветы. Она их дарила. К ней обращались специальные учреждения. Вот расписка: «Дана т. Жуковой А. И. в том, что взято у нее сортов гладиолусов…» Это в феврале 1958 года Горзеленстрой уже заботится о летних цветах для кемеровчан. Цветы Жуковой на Беловской ГРЭС. Они же – по всему Кировскому району. Может, среди цветов, которые мы покупаем сегодня, есть «потомки» гладиолусов, астр и георгинов Александры Ивановны…

Листаю рабочую тетрадь – в ней названия, описания внешнего вида и окраски цветов. Читаю и понимаю, что передо мной своеобразный фольклор, плод тонкой и точной фантазии авторов, выпестовавших каждый сорт. Георгины: «Дружба народов» - «празднично красные» (так и написано: «Празднично»!), «Колхозница» - малиново-кремовые. Гладиолусы: таинственно-фиолетовый «Иртыш» и нежно-кремовый – «Лунный камень».

Жизнь Александры Ивановны заполняли не только цветы. Ее хватало и на сад, и на постоянную общественную работу. Удостоверение от 17 марта 1925 года дано А. И. Жуковой, члену уличного комитета городского Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов. Таких удостоверений, также как удостоверений члена секции по благоустройству города, за многие годы – целый набор. А вот удостоверения самые предвоенные. В 1938, 1939 годах Жукова – уполномоченный по размещению займа 3-й пятилетки.

Была и иная, нигде и никакими удостоверениями не зафиксированная общественная деятельность Жуковой – та, что от щедрости ее души. 1923-24 годы. В городе строят пекарню. И вот Жукова, повязав красную косынку, вместе с соседками бежит в новую пекарню, и каждая тащит с собой, чем богата – кто противень, кто кадку, кто бачок – город еще мал, город еще небогат, и жители выращивают его с той же любовью, с какой растят сады.

Женщины тех лет – героические и великие труженицы, матери садов и городов. Это они – первые пекари и первые дежурные нянечки в только что открытых яслях и детских садиках. Это они – первые агитаторы, убеждающие родителей доверять этим яслям и садикам своих детишек. Все это – на общественных началах, попутно с воспитанием собственных, часто многочисленных «птенцов». У Александры Ивановны - четверо детей. Три сына и дочь. Все во всем ей помогают. Ей и отцу, который по болезни ушел с коксохимзавода, где проработал много лет, и, забыв о болезни, самоучкой приобрел новую специальность – стал агрономом. Война. Уходят сыновья. Один убит, другой пропал без вести. Третий, теперь в чине генерала, живет в Москве. («А как свидимся, - сколько про сад разговору, про выставки цветов, про отцовские селекционные опыты!»)

В архиве Александры Ивановны есть документ, который запечатлел большую ломку в жизни Жуковых: «Яблони разных сортов в возрасте от 2 до 22 лет, крыжовник десятилетний, ирга (типа бузины, но съедобная), декоративные культуры – тополь, клен, вяз, ива, всем от 2-3 до 22-23 лет…» Отстраивается и хорошеет город. Разрастается Кузбассэлектромотор – заводу требуется территория. Тяжело видеть лежащие в цвету яблони. Но отдать свое детище заводу – это их, Жуковых, вклад в процветание города и, пережив утрату, они разводят новый сад на обширном участке, выделенном по просьбе комиссии, что составила 3 июня 1952 года упомянутый выше акт. В новом саду завершается пятнадцатилетний труд Ф. Х. Жукова по выведению вишни сладкой с мелкой косточкой, разновидности, которой после проверки Алтайской опытной станцией было присвоено звание сорта.

И в новом саду – опять цветы. Цветы, выходящие за ограду. («Мы все хотели, чтобы цветы не прятались за заборами, а чтобы украсили улицы!») Кто говорит, что дети не щадят цветники и плодовые деревья? Александра Ивановна вовсе так не считает. («Я старалась своих детей воспитать, чтобы и они, и их друзья понимали, что стыдно прятать сады за заборами. Чтобы поняли – они сами и есть главные садовники и главные защитники садов!») Она рассказывает, что жила с детьми в дружбе, как держала про запас корзину-две яблок и вишен. Придут ребята – она угостит. И они знают, что угостит и что не надо тайком забираться в чужой сад. («Да и не чужой – они так и считали, что, мол, сад для всех детей улицы»).

Годы берут свое. Но и оставив работу в саду, Александра Ивановна еще долго ездила к своей прежней соседке, с которой так дружила «на цветочной почве», в пору первого своего сада. Проверяла: как растут деревья, что некогда перешли на соседский участок, когда вырос новый заводской корпус…

Она любила бродить по городу и знала каждый в нем камень.

- Прохожу около клуба ГРЭС и так я жалею рощицу, что срубили. Клуб теперь как голый стоит – раньше куда красивее был. А деревья около универсама – идешь, бывало, зимой, мороз лютует, а деревья стоят белые, как сахаром облитые, и стыдят: 2Мороза испугались, посмотри на нас – мы от мороза только краше!» И тополей, что росли по Советскому проспекту жаль. Нет лучше дерева, чем тополь – неприхотлив, зима ему нипочем. А уж эти-то тополя были для нас особенно дорогие. Они – история города и часть нашей юности!»

Она считает, что человек прикипает к городу и вместе с ним растут и набирает силу. «Вот только на каком-то повороте жизненной дорожки – и не скажешь на каком! – глядишь, город все молодеет и хорошеет, а сам начинаешь стариться!»

По-моему, Александра Ивановна не права. Люди, что выращивают сады, годам не подвластны.

После знакомства с Александрой Ивановной я подумала, что природу, как и лучшие традиции народного мастерства, сберегут не те, что созерцательно восхищаются природой и мастерством. И не те, что просто вздыхают по поводу сломанной веточки или снесенного дома, украшенного искусной резьбой. Сберегут природу и приумножат красоту и доброту мира созидатели. Те, у кого не только открытое сердце, вмещающее все радости и скорби, но и жадные до работы, искусные руки хозяев своего края.

Сейчас нередко говорят, что кемеровчане без должной бережливости относятся к облику своего города. Вот, в частности, к городским газонам. Топчут, прокладывают удобные для себя тропы.

Провела вечер с Александрой Ивановной и думаю – не о том говорим. При озеленении города прежде всего нужно бы учесть, как кемеровчанам по своему городу ходить удобнее. Людские тропы – как русла рек, нельзя их не уважать.

Да и не о том ведь речь. Что, кемеровчане – непонятливые люди или не любят свой город?

Думаю, все иначе. Думаю, многое – от пренебрежения памятью.

От вырубленного городского сада, например. Много ли осталось в нем деревьев, посаженных чуть не полвека назад поколением Жуковых, местными комсомольцами? Они, конечно же, приводили своих детей в этот заложенный ими сад, и не для того. Чтобы покатать на «чертовом колесе» и покачать в железной люльке. Да и не было тогда таких аттракционов в городском саду. А может быть, и хорошо, что не было? Потому что сад – это для тишины. Для размышления. Для неспешного доверительного разговора. Чтобы дети учились видеть облака сквозь кружево листвы и травы – с их миром букашек и муравейников…

И молодые кемеровчане в ту давнюю пору водили своих детей в городской сад и показывали: «Вот мое деревце, - когда ты станешь взрослым, оно дорастет до неба». Выросли те деревья – перешептывались с облаками. Выросли, но не выстояли. Срубили великое множество их, невзирая на глубинную связь времен, которую они в себе таили…

Дети той поры стали отцами и дедами. И детям-внукам своим показывают только железные аттракционы. Гудит городской сад…

И почему же кемеровчанину, которому в детстве обещали, что посаженные его родителями деревья дорастут до неба, так уж уважать немудрый городской газон? Трудились люди - посадили его? Так разве их отцы-деды садили деревья – не трудились? И нет тех деревьев. И многих других нет, что срослись в детской памяти с обликом города. Появились новые – пусть хлипкие, пусть неведомо когда и обретут ли красу и силу – зато новые…

Не обернулась бы погоня за новизной и мнимой современностью опасной для человеческой семьи потерей памяти…

« А не будем хранить память – перестанут люди растить сады!» - говорит Жукова.

И кто знает, во что обойдется всем нам потеря, если переведется, нашим равнодушием обиженное, племя тех, кто украшает землю именно для потомков!

 <<Назад  Далее>>>

Содержание

Ждем Ваших отзывов.

По оформлению и функционированию сайта

 Главная

 Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

 Наши гости

 Нам пишут...

 Библиография

 Историческая публицистика

 

               

© 1984 - 2004. М. Кушникова.

© 1992 - 2004. Тогулев.

Все права на материалы данного сайта принадлежат авторам. При перепечатке ссылка на авторов обязательна.

Web-master: Брагин А.В.

гидропосев газона
Хостинг от uCoz