Найти: на

 

Главная

Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

Наши гости

Нам пишут...

Библиография

Историческая публицистика

 

М . Кушникова , В . Тогулев .

КРАСНАЯ ГОРКА :

очерки  истории « американской» Коммуны в Щегловске , провинциальных нравов , быта и психологии 1920-1930- х гг .

( документальная версия ).

Глава пятая.

О ФАТАЛЬНЫХ СОВПАДЕНИЯХ И ОБМАНЧИВЫХ ФЕТИШАХ

Некоторые нюансы непарадной истории Кузбасса середины 20-х гг.

 

Страница 6 из 7

Томское представительство. Как уже было сказано, в 1924-1925 гг. в АИКе было осуществлено немало реформ, в том числе и как ответная мера на все усиливающийся производственный и финансовый кризис, либо на присоединение к АИКу южной группы предприятий Кузбасса. В череде самых загадочных преобразований 1924-го года — открытие в Томске представительства АИКа. До сих пор не совсем понятными казались мотивы этого шага, который к тому же вызвал много вопросов и даже протестов со стороны профсоюзов (хотя они перманентно были чем-то да недовольны). 17 июля 1924 г. томскому представителю АИКа пришлось объясняться, доказывая в особом письме в ВСГ необходимость расходов на означенное представительство. Он писал: «По Вашему запросу, зачем в городе Томске АИК открыла представительство, не может ли представительство Кузбасстреста исполнить все функции представительства АИК и какие функции выполняет Томское представительство АИК. Могу Вам сообщить нижеследующее: На открытие представительства в Томске заставил нас следующий факт: В прошлом году Правление АИК заключило договор с Кузбасстрестом о передаче им 500.000 пудов Порывайского угля по 13 коп. франко баржа. По неряшливости и безхозяйственности аппарата Кузбасстреста (это было доказано) уголь на складе Кузбасстреста загорелся. Причины загорения Вам очень хорошо известны, так что я их перечислять не будут. Тем не менее большая часть поврежденного угля была продана Кузбасстрестом по 28 коп. в Томске (по сведениям, полученным от Предгубисполкома т. Корнева), остальная поврежденная передана нам обратно, из которой только часть удалось продать по 21 к. В связи с этим агентами различных учреждений были распространены провокационные слухи, что это плохой уголь, что это Кемеровский уголь, между тем тот же Порывайский уголь был с полным успехом продан Электрической станции в Томске и оказал хорошие результаты. По всему Томску распространены были темные провокации о непригодности Кемеровского угля, с чем надо было каким-нибудь образом покончить. Чтобы опровергнуть все эти слухи и установить репутацию, пришлось открыть в городе Томске представительство, которое бы следило за испытанием угля, хранением, выгрузкой и продажей угля, химических продуктов, а также в это же время было бы осведомлено о положении рынка не только угля и химпродуктов, но и всех технических материалов, требующихся в Кемерово. Доверять все это представительству Кузбасстреста по прошлогоднему опыту оказалось невозможным». 2169

Процитированное потрясает. Оказывается, основной причиной открытия представительства были… интриги, провокации и слухи. Это ли не признание роли так называемых субъективных факторов в истории? Однако продолжим чтение: «По этому краткому докладу нам видно, зачем открыли в Томске представительство, зачем его функции нельзя передать представительству Кузбасстреста. Хочу еще прибавить несколько слов на заметку Вашего рабкора в «Красном знамени» за № 154 от 8-го июня. Там сказано, что нами употребляются приемы конкуренции, которые не укладываются ни в какие рамки. Там говорится, что по непонятным причинам представительство АИК производило пробу угля на электростанции, проданного Кузбасстрестом Губместхозу. Проба угля Кузбасстреста вовсе не была произведена по инициативе АИК, а по инициативе Губисполкома. На последнем совещании в последних числах марта с зам. предгубисполкома т. Семиряковым, т. Рутгерс, томского представителя т. Боровкова и пом. глав. директора АИК т. Корнблит, технический заведывающий губисполкома заявил официально, что Кемеровский уголь был испытан на электрической станции и дал плохие результаты и стал даже приводить цифровые данные. На вопрос т. Корнблит, когда это испытание происходило, вышеупомянутый гражданин заявил, что недавно. Тогда т. Корнблит заявила, что это явная ложь, т.к. Кемеровский уголь мы до сих пор в Томск не посылали. Технический представитель бесстыдно отстаивал однако свое». 2170

Забавно, что в советские поры старательно открещивались от того, что в СССР имела место конкуренция. Этого термина боялись точно так же, как слова «концессия» или «капитал». Однако дело не в названии, а в действительно имевших место драчках между различными государственными предприятиями, которые старались скомпрометировать работу друг друга перед представителями власти. Далее в письме сказано: «О данном факте т. Рутгерс доложил предгубисполкома т. Корневу и с ним было решено произвести испытание Кемеровского угля. Т. Рутгерс послал телеграмму, в ответ на которую был выслан вагон угля. Испытание угля произведено было 17 апреля в присутствии: профессора Томского Технологического института инженера-механика В. П. Еланцева, зав. техническим отделом Водосвета инж.-мех. Г. И. Виккер, механика Ц. Э. Станции К. А. Шмакова и Томского представителя АИК Сальберга. Испытание дало очень хорошие результаты, а так как все было приспособлено на эл. станции для испытания угля, то зав. техн. отделом Водосвета производил на другой день, т.е. 18 апреля испытание угля Кузбасстреста. На это испытание были приглашены представители Кузбасстреста, которые явились вместе с замуполномоченного Кузбасстреста т. Богдановым и один инженер Кузбасстреста. Видя, что уголь Кузбасстреста дает результаты много хуже Кемеровского, оба представителя не остались до конца испытания. После ухода представителей Кузбасстреста пришлось и мне оставить станцию, чтобы не было потом разговоров, что АИК производил испытание для Кузбасстреста». 2171

Таким образом, Кузбасстрест потерпел очередное фиаско. Самый же большой провал ожидал его в скором будущем, когда его предприятия на юге Кузбасса передадут в начале 1925 г. АИКу. Однако кузбасстрестовцы, очевидно, спешили взять реванш. Отсюда — попытки через ВСГ ликвидировать томское представительство АИКа, которое сыграло не последнюю роль в рекламе кемеровского угля в Томске. Читаем дальше: «Испытание угля Кузбасстреста было окончено в присутствии тех же лиц, присутствующих и на испытании Кемеровского угля, исключая представителя АИК. Протокол испытания был составлен в Водосвете и так как разница между качеством угля получилась очень большая, то чтобы прекратить ложные слухи про негодность Кемеровского угля, в Томске я публиковал в газете выписку из протокола, где и доказано, что техническая золность кемеровского угля дала 8,2%, а уголь Кузбасстреста 16,5%. Все эти данные имеются и были взяты из журнала Электрической Станции от 17 и 18 апреля с.г. Про второе испытание угля Кузбасстреста у меня нет никаких данных, но знаю, что Губкомхоз отказался от угля Кузбасстреста, если процент зольности будет такой высокий. Что касается накладных расходов представительства АИК в Томске, то они в сравнении с операциями, которые Томское представительство здесь производит, очень незначительны. Штат служащих состоит всего из 6 человек: представитель, машинистка, кладовщик и три сторожа, общее жалованье которых составляет 261 рубль 40 копеек в месяц. Впоследствии предвидится держать здесь свою лошадь, тогда придется еще прибавить кучера, но может быть при переделке карбюраторов на бензол будем в Томске иметь автомобиль, расходы на него будут гораздо меньше, т.к. шофера не будем иметь». 2172

Похоже, за каждой аиковской реформой стояла какая-нибудь подобная интрига, и порою очень трудно дознаться до действительных причин той или иной вехи аиковской политики… Заканчивается письмо так: «По этим данным видно, что накладные расходы очень незначительны и только частью падают на уголь, а большая часть на другие операции. Цена на уголь может только повыситься от этого в десятых капейках на пуд. В течение мая и июня месяцев прибыло в Томск Порывайского и Кемеровского угля 900.000 пудов, из этого количества продано 350.000 пудов. На оставшиеся 650.000 пудов ведутся сейчас переговоры и я имею надежду продать их до октября месяца. По сведениям, которые сейчас в моем распоряжении, годичная потребность угля в Томске около 3-х миллионов пудов. Когда отопление домов, а также паровые хозяйства некоторых предприятий, которые употребляют до сих пор дрова, перейдут на уголь, эта потребность может легко увеличиться на полтора миллионов пудов в год». 2173

Позитив. По крайней мере половина цитируемых документов имеют или негативный окрас, или таковой же подтекст. Очевидно, сам дух эпохи был конфликтный, и народ еще не успел остыть от настроений гражданской войны. Изредка, впрочем, натыкались и на так называемый позитив — очевидно, временами общественникам и хозяйственникам надоедало злобствовать и их обуревало стремление к миру и покою. Один из наиболее спокойных форумов той поры — заседание Кемеровского рудкома ВСГ совместно с представителями Шахткомов и Цехкомов от 18 июня 1924 г. Сохранился протокол заседания, правда, весьма и весьма неточный: аиковцы утверждали, что в протокол «вкралось много ошибок» и они просили даже не рассылать его по инстанциям, пока в него не будут внесены соответствующие поправки. 2174

Тем не менее, даже в неправленом виде означенный протокол — важный сколок рабочего и производственного быта, и мы не откажем себе в удовольствии познакомить с ним читателя. На заседании присутствовали Тимощенко, Криницын, Пасынков, Евсеенко, Козяйкин, Отдельнов, Правдин, Белоглазова, Авот, Рязанов, Филатов, Сербин, Гоотс, Букин, Ботвинкина, Вяткин, Фивков, Новиков, Павлов, Чухманов, Кузнецов. АИК была представлена колонистом Чезарри, от укома присутствовали Колесников и Истлентьев, от ЦРК — Вдовин Михаил, были также инспекторы труда Благодатский и Аглеулин. Председательствовал Тимощенко, секретарствовал Чухманов. Для начала заслушали доклад Вдовина «О работе Кемеровского ЦРК». Он сказал: «Всех сотрудников в ЦРК 85 человек. Ввиду ликвидации рудника 25 Октября будет ликвидировано находящееся там отделение ЦРК. Намечен к ликвидации Осиновский кожзавод, причиной чему служит то, что он слишком мало дает продуктов, не удовлетворяет требованиям ЦРК. Изготавляемые им кожи можно с большой выгодой купить на более оборудованных заводах и ЦРК выгоднее сырье продавать. В настоящее время членов ЦРК больше, чем рабочих АИК и тем более членов ВСГ: членами ЦРК состоят не только рабочие, но и члены их семей, затем не работающие у АИК (служащие ЦРК). Таким образом, можно считать, что все рабочие кооперированы. С разрешения конференции уполномоченных паевой взнос увеличен с 3-х рублей до 5-ти и тем самым у ЦРК увеличился свой капитал. Ведены совещания Правления ЦРК с ответработниками (зав. лавками, завскладами), на каковых выясняется, как недочеты в работе, так и меры к лучшей постановке дела, к полному удовлетворению спроса. Благодаря этим совещаниям удается предупредить спрос и удовлетворять потребности. Накладные расходы выражались в 13,63%. Нагрузка на каждого работника на 2223 руб. Наценка по смете должна была быть в 15%, но так как на части нормированных товаров ЦРК нес убыток, то и наценку пришлось делать 17%. Открытие общественной столовой предполагается с постройкой Нардома. Пекарни имеется две. Парикмахерскую ЦРК имело, но потом вынуждено закрыть. О прачешной Правление ЦРК вопрос не обсуждало. Взаимоотношения у ЦРК с АИК очень хорошие, заготовок ЦРК не получал, т.к. у него, т.е. у АИК, имеется свой торговый отдел. ЦРК заготовку на спецодежду имеет возможность сделать полностью». 2175

Почему АИК жила дружно с ЦРК? Очевидно, обе эти структуры были чем-то родственны и считались несколько подозрительными. Расцвет кооперативов — при НЭПе. АИК тоже можно было представить только в условиях НЭПа, так что неудивительно, что с ликвидацией новой экономической политики кооперативы стали мало чем отличаться от госпредприятий, с АИКом же было покончено навсегда. После доклада Вдовина были прения.

КУЗНЕЦОВ: Отмечает необходимость производства торговли в праздничные дни, так как в эти дни средства уплывают на частный рынок.

ЕВСЕЕНКО: На съезде уполномоченных вынесено постановление о приближении к потребителю, но Правление ЦРК в жизнь это постановление до сих пор не провело и пайщики в лавках все еще стоят в очереди по 6 часов.

БЕЛОГЛАЗОВА: Отмечает необходимость при развозке муки и других тяжелых продуктов ставить их на место, а не сваливать у квартиры.

АВОТ: С открытием столовой не следует ждать постройки Нардома, т.к. последняя может затянуться до 25-го года, тогда как нужда в столовой в данное время острая.

КОЛЕСНИКОВ: В лавках ЦРК слишком большой процент предметов роскоши. Необходимо в первую очередь иметь предметы первой необходимости и идти по пути сокращения предметов роскоши. Наценку на товары нужно снижать и с 17 довести до 15%. Парикмахерскую особенно нужно открыть на химзаводе. Прачешная всегда себя оправдает, ее надо организовать и тем самым освободить и раскрепостить рабочих и работниц и особенно холостяков. В общественной столовой ощущается особенно сильная нужда на химзаводе в связи с приемом временных рабочих, большинство из коих холостяки. В этом отношении, т.е. по организации парикмахерской, прачешной и столовой, ЦРК слишком действует и недостаточно проявляет инициативы. В общем, работу ЦРК мы все видим и не можем ее не признать удовлетворительной.

БЛАГОДАТСКИЙ: Раз кожзавод убытка не дает, а за последний год дал даже дохода 10.000 руб., то нет необходимости его закрывать и увеличивать число безработных.

ТИМОЩЕНКО: Наценку ЦРК должен добиваться снизить до 14%. О столовой и прачешной Правление ЦРК вопрос рассматривало и меры принимало, но за отсутствием помещений ему пришлось воздержаться. Кожзавод не следует ЦРК навязывать, т.к. он слишком маленький, а расширять его, забив туда большие средства, нецелесообразно.

ВДОВИН Михаил: Не о столовой и прачешной следует говорить, а следует говорить о кооперации вообще. Нам необходимо было создавать небольшие капиталы, т.к. на капиталы со стороны приходится переплачивать 1 1/2% лишних. Устройство столовой, прачешной, пошивочной — значит, распылить средства и из этого ничего существенного не выйдет. В Кольчугино ЦРК открыл мыловаренный завод и с ним дело провалилось. На постройку нового магазина лес заготовлен и меры к постройке приняты. До постройки же его предполагаем расширить старый. 2176

При упоминании о мыловаренном заводе невольно вспомнились мечты, возлелеянные отцом Федором из «Двенадцати стульев». Предел его мечтаний — свечной заводик. И, наверное, весь недолгосрочный период НЭПа у многих ассоциировался с подобными заводиками. Постановили так: «Работу в целом признать удовлетворительной и линию поведения правильной. Вместе с тем Рудничный Комитет отмечает ненормальную наценку на товары 17%, вместо утвержденных конференцией Уполномоченных 15%. В дальнейшем Рудничный Комитет находит необходимым указать ЦРК на следующее: 1) Добиваться наценки на товары не выше 14%. 2) Довести до минимума накладные расходы за счет увеличения оборотов. 3) Повести подготовительную работу к открытию столовых на Кемруднике и химзаводе, сообщив о результатах Рудничному Комитету. 4) Немедленно открыть парикмахерскую на химическом заводе. 5) Кроме подвозки муки установить подвозку других продуктов, покупаемых выше пуда, с установкой тех и других на место, а не ограничиваться подвозкой лишь к квартире. 6) Продажу печеного хлеба производить вне всякой очереди. 7) Довести торговлю предметами роскоши до минимума». 2177

Но — что именно в те поры считалось предметом роскоши? Есть все основания полагать, что тазы и кровати относились именно к таковым предметам, потому что нужно было потратить немало усилий, чтобы по блату разыскать или заказать изготовление оных. В конце концов, мыться можно и в лохани для стирки, а спать на скамьях или на столах…

После обсуждения животрепещущих «кооперативных» проблем, заслушали доклад Чезарри про аиковские дела. Доклад и запись прений содержит чью-то карандашную правку — возможно, самого Чезарри, но почерк правщика оказался не очень разборчивым, поэтому мы воспроизводим первоначальный текст документа — по машинописи. Итак, Чезарри сообщил: «Далеко не в важном состоянии находился химзавод к моменту приема его АИК, поэтому пуск его задерживался и пустили только в конце февраля с.г. Теперь работают коксовые печи, рекуперационный и бензольный. Ведется дальнейшая постройка и через 1 — 1 1/2 месяца завод будет работать полностью. Заканчиваются работы по электрификации работ. Кокс вырабатывается в тех пределах, которые предусмотрены Договором с Уралметом. Себестоимость кокса определена в 32 коп. пуд. Остальные продукты вырабатываются более или менее сносно, но рынка для них пока нет. Торговый отдел этот рынок выясняет. По существу завод постройкой закончен и осталась мелкая работа, которая постепенно заканчивается. К постройке второй батареи будет приступлено в будущем году и предполагается в июне 1925 года закончить. Главным образом заканчивается постройка второй батареи отсутствием нужного кирпича. По Кемруднику в первую половину операционного года предполагалось добыть угля 5.700.000 пудов, но тормоз в транспорте, кризис сбыта и другие причины не дали возможности это предположение выполнить и выполнение только 70%. Всю работу по добыче угля намечено механизировать и сконцентрировать по Владимировской и Центральной шахтам и поэтому Южная шахта и рудник 25 Октября ликвидированы. Себестоимость угля постепенно понижается, к началу операционного года была 17 коп., а в данное время 12,5 коп. Достигли нагрузки канатной дороги до 35 тысяч в сутки. Приступлено к вскрытию пожарного участка, с целью изоляции и сохранения запасов угля. К настоящему времени уже сохранен запас до 14 миллионов пудов угля. Произведена заготовка крепей 35 тысяч и решено иметь крепей в запасе на 2 года. Положение с квартирами хотя и улучшилось, но приходится сказать, что дело с квартирками неважно: многие живут на частных необорудованных квартирах, а многие живут стесненно. Жилая площадь постепенно увеличивается и в нынешнем году намечено построить 23 дома, из каковых половина уже построена. Жилой площади в среднем числится на человека 1,14 кв. саж. Дня через 3-4 будет приступлено к постройке Народного дома. Затем намечено построить баню и школу. Для выполнения строительной программы лес заказан и прибывает. Механический отдел главным образом производит ремонты. К существенной работе можно отнести изготовление 75 вагонеток и двух электрических подъемных машин. Склады все учтены. Транспорт улучшился. Штат конторы постепенно сжимается. Основной фонд на покрытие заработка имеется всегда налицо». 2178

Внимательно изучив правку, произведенную полуразборчивым почерком простым карандашом, убеждаешься, что она, если и меняет смысл речи, то не сильно. Вычеркнутыми оказались слова о том, что постройка второй батареи коксовых печей заканчивается. Это, конечно, была явная дезинформация или опечатка. Также была исправлена информация о планирующихся к постройке 23 домах. На самом деле речь шла о 50 бараках… После доклада Чезарри было задано много вопросов.

ВОПРОС: Почему не заказан кирпич в Донбассе?

ОТВЕТ: Переговоры велись.

ВОПРОС: Почему не хватает энергии для врубовых машин и что предпринимается с установкой электрического подъема?

ОТВЕТ: Энергии хватает, но нет еще опыта у машинистов. К электрическому подъему получены с Урала последние части и на днях будет приступлено к установке.

ВОПРОС: Будет ли производиться ремонт квартир?

ОТВЕТ: Будет.

ВОПРОС: Принимает ли АИК часть расходов спасательной команды на себя?

ОТВЕТ: Принимает.

ВОПРОС: Что предпринято для доставки чистой воды в баню при Центральной шахте?

ОТВЕТ: Дано распоряжение по отделам.

ВОПРОС: Будет ли введена сдельщина на тех работах, где можно?

ОТВЕТ: Дано распоряжение по отделам.

ВОПРОС: Будет ли устроена сушилка поделочного материала?

ОТВЕТ: По плану предполагается.

ВОПРОС: Причины пожара на химзаводе и убытки?

ОТВЕТ: Точных сведений пока нет.

ВОПРОС: Какие методы намечаются к забутовке Волковского пласта?

ОТВЕТ: Разработано несколько проектов.

ВОПРОС: Какой намечается способ подъема угля из шахт в будущем?

ОТВЕТ: Машинами с помощью электричества.

ВОПРОС: Почему не разрешается производить постройку квартир силами самих рабочих?

ОТВЕТ: Опыт был, но пришлось отказаться.

ВОПРОС: Выгодно ли сдавать доставку угля к квартирам подрядчикам?

ОТВЕТ: Особенной выгоды нет.

ВОПРОС: Какой держится запас угля на химзаводе?

ОТВЕТ: Из расчета на 7 дней.

ВОПРОС: Нет ли затруднения в сбыте кокса?

ОТВЕТ: Был, но теперь устранен.

ВОПРОС: Оправдает ли себя химзавод сбытом только кокса?

ОТВЕТ: Оправдывает.

ВОПРОС: Как определена себестоимость кокса?

ОТВЕТ: Чисто теоретически.

ВОПРОС: Нельзя ли выработку кокса производить без примеси кольчугинского угля?

ОТВЕТ: Можно, но не будет той доброкачественности и побочных продуктов.

ВОПРОС: По какой цене продается кокс?

ОТВЕТ: По 38 коп. пуд.

ВОПРОС: Будут ли выданы спец-очки и маски для работ в химзаводе?

ОТВЕТ: Будут, но пока еще не получен заказ.

ВОПРОС: Почему не производится выдача жалованья в рабочее время?

ОТВЕТ: К этому стремимся, но скоро ввести не удастся.

ВОПРОС: Будет ли налажена водокачка на левом берегу?

ОТВЕТ: Разрабатывается вопрос в Техническом Бюро.

ВОПРОС: Предполагается ли постройка бани на Владимировской шахте?

ОТВЕТ: Предполагается.

ВОПРОС: Достаточно ли снабжены квартиры инвентарем?

ОТВЕТ: Недостаточно.

ВОПРОС: Нет ли лишних выездных лошадей?

ОТВЕТ: Только 2.

ВОПРОС: Достаточно ли плотников в строительном отделе?

ОТВЕТ: Недостаточно.

ВОПРОС: Будут ли допущены подростки на работы?

ОТВЕТ: Будут тогда, как все будет налажено.

ВОПРОС: Почему не доставляется кипяченая вода в цеха?

ОТВЕТ: Распоряжение о доставке дано.

ВОПРОС: Есть ли правила внутреннего распорядка?

ОТВЕТ: Разрабатываются.

ВОПРОС: Имеется ли в отделах очередь отпусков рабочих и когда будут проведены дополнительных отпуска?

ОТВЕТ: Очереди имеются. Дополнительные отпуска проводятся.

ВОПРОС: Имеет ли отношение к производству ферма?

ОТВЕТ: Не имеет. 2179

Удивляет характер вопросов, заданных Чезарри. Ведь аудитория — более чем подготовленная и состоит из членов президиума рудкома и других весьма информированных об аиковском производстве лиц. А вопросы задаются такие, что на них, наверное, мог ответить любой кемеровский рабочий. Более того — вопросы не носили проблемного характера и не требовали развернутого ответа. Такие вопросы задают в детском саду, желая услышать от детей «да» или «нет». Прения, правда, читать гораздо интереснее. Открываются они сенсационными подробностями из жизни рабочих, поведанными неким Пасынковым. Он оправдывает воровство и кражи грехом не считает: «Все квартиры требуют ремонта, а АИК мер к этому не принимает. Необходимо давать материал (горбыли) рабочим, чтобы они хотя бы своими силами производили мелкие ремонты. Уголь к квартирам не подвезен еще за май и рабочие вынуждены ходить с ведром и воровать. Здесь надо предложить АИК в 4-дневный срок предложить доставить к квартирам уголь. До сих пор не снабжены рабочие полностью спецодеждой. О чистой воде в бане не следует ограничиваться дачей распоряжения, а нужно проследить за выполнением, т.к. рабочие вместо воды моются грязью». 2180

Некто Козяйкин рассказывает, что аиковцы возводят постройки из сырого леса. Разумеется, постройки эти — для местного населения. Себе колонисты строили дома особые, и Рутгерс самолично озаботился выпиской нужных ему архитекторов из-за границы. Уж они-то, конечно, из сырого леса строить дома не планировали… Козяйкин: «Новая постройка возводится скороспело и через 2-3 года вся она потребует капитального ремонта. О сушилке леса говорится очень давно, но все же она не строится и, например, окна, двери делаются из сырого материала». 2181

Лесную тему продолжает Евсеенко. Непонятно почему из всего многообразия тем, затронутых Чезарри в докладе, в прениях почему-то выступающие зациклились на качестве стройматериалов. Евсеенко: «Лес в шахты доставляется не того качества, который требуется: тяжелый, сырой, неотесаный. От этого рабочие теряют лишнее рабочее время и это отражается на продуктивности в работе. Нет достаточного надзора и распорядка в работе со стороны администраторов». 2182

Кто о чем — а вшивый про баню. Жилищная проблема настолько обострена, что следующий оратор, Павлов, опять возвращается к квартирам рабочих: «Квартиры рабочих недостаточно снабжены инвентарем. Имеется много на конном дворе лишних лошадей, которые используются для личных надобностей завов. Заведующий конным двором Тикка в своей работе совершенно ничего не понимает». 2183

Дают слово знаменитому Отдельнову, который в свое время прославился тем, что употреблял пиво, разбавленное динамитом. Он изрек: «Управлению АИК необходимо обратить внимание на изготовление магнита, постройку бани и раздевальни на коксовых печах, установить, наконец, порядок выдачи жалованья в рабочее время, снабдить рабочих в срочном порядке очками, масками и спецодеждой». 2184

Предрудкома Тимощенко — о ремонте квартир. Как будто бы доклад Чезарри — не о политике АИКа в целом, а о деятельности всего лишь аиковского строительного отдела. И как тут не вспомнить слова Воланда из «Мастера и Маргариты» про москвичей, которые все те же, «вот только квартирный вопрос их немного испортил». Тимощенко: «Управление АИК не приняло мер к ремонту квартир и к обеспечению их инвентарем. Благодаря негибкости своего торгового аппарата, не сумело заготовить материалов для спецодежды и тем самым не выполнило колдоговор по снабжению рабочих спецодеждой. Управлению необходимо повести основательные переговоры с ЦРК по заготовке материалов для спецодежды». 2185

Как будто понимая, что собравшихся ничего более не волнует, кроме жилья и его ремонта, Чезарри в заключительном слове продолжает испорченную, как сказал Булгаков, тему: «Площадь квартир Управление АИК увеличило вдвое и еще возводятся новые постройки. Постройка сушилки предусмотрена. Лес сырой, потому что не было сделано заготовки ранее. На некоторых из администрации жалобы со стороны рабочих были и АИК принимал целый ряд мер. Лошади для личного пользования даются высококвалифицированным спецам. Отдельные дефекты в работе АИК есть, но в общем работа проделана чрезвычайно большая». 2186

Удивителен диссонанс между выводом Чезарри о «чрезвычайно большой работе» АИКа и выступлениями собравшихся, которые подмечали исключительно негатив. В постановлении, впрочем, работа АИКа признается удовлетворительной: «Заслушав доклад т. Чезарри о работе Управления АИК, Рудничный Комитет находит работу в общем и целом удовлетворительной. Отмечая достижения в области электрификации и механизации производства, Рудничный Комитет находит необходимым указать Управлению АИК следующее: 1) В области производства: а) Ускорить изготовление и установку магнита на дробилке химзавода и электрического подъема на Центральной шахте. б) Доставлять своевременно и соответствующий лесной материал для крепления в шахтах. в) Ускорить –постройку сушилки для поделочного лесного материала; выполнить постановление Президиума Рудкома от 16 мая о переходе на сдельную и аккордную работу. 2) Принимая во внимание, что с одной стороны строительный сезон проходит, а с другой у АИК имеется достаточно средств и материалов, предложить Управлению АИК постройку Народного дома, школ и всю намеченную расширенную строительную программу закончить полностью до конца операционного 1923-24 года. Кроме того, принять срочные меры к ремонту жилых помещений, полному снабжению квартир рабочих инвентарем и бесперебойному снабжению квартир углем. 3) Констатируя отдельные факты несоответствия некоторых из надзора своему назначению, рекомендовать Управлению АИК пересмотреть их на предмет замены более соответствующими. 4) Предложить АИК не позднее 15-го июля с.г. разработать и вывесить во всех цехах и мастерских правила внутреннего распорядка и принять меры к неуклонному выполнению постановления президиума Рудкома от 16 мая о намеченном переводе временных рабочих, работающих свыше месяца в постоянные. 5) По охране труда: а) в срочном порядке закончить полное снабжение спецодеждой, спецмылом и предохранителями при работах всех рабочих по спискам Наркомтруда, причем рекомендовать Управлению АИК во избежание перебоев в снабжении спецодежды, принять меры к заготовке материалов для спецодежды на будущее время, проведя заготовку эту через Кемеровский ЦРК, б) немедленно урегулировать вопрос с доставкой воды на химзаводе, с доставкой чистой воды в баню при Центральной шахте и с суммой рабочей одежды, принять меры к постройке раздевальни на коксовых печах и общей бани на Кемруднике». 2187

На этом протокол закончился. Рядышком — еще один, помеченный 13 июня 1924 г., который продолжает «производственную» тематику. Присутствовали члены президиума рудкома ВСГ Тимощенко, Гульбе, ответработники Чухманов, Кузнецов, представители шахткомов Пасынков, Вяткин, Козяйкин и Отдельнов, представитель РКСМ Правдин, от управления АИК Чезарри и Кармаков. Председательствовал Тимощенко, секретарствовал Чухманов. Перво-наперво заслушали дело пьяницы Якова Мельникова, которое почему-то проходило по оргкультотделу. Очевидно, понятие «культура» тогда было особо емким и подразумевало не только игру на балалайках, но и вытрезвление алкоголиков. Из протокола: «Слушали: Переписку с дознанием милиции за № 1111 по делу члена ВСГ десятника коксовых печей Якова Мельникова дознанием установлено, что десятник на коксовых печах химзавода Мельников Яков (членская книжка ВСГ № 19511) явился на работу 8 марта пьяным и четырех рабочих услал в эту смену с работы, затем ушел с работы сам, упряжки как усланным им с работы рабочим, а также и себе проведены. Чезарри: предлагает Мельникова с работы уволить. ПОСТАНОВИЛИ: 1) С предложением Чезарри об увольнении Мельникова с работы согласиться, передав переписку Управлению АИК для дальнейшего распоряжения. 2) Исключить Мельникова из членов Союза, отобрать членскую книжку и довести до сведения рабочих». 2188

Интересно, что, уволив десятника, профсоюз как бы забывает о рабочих, которые ведь тоже незаконно воспользовались проведенными Мельниковым упряжками. Их не наказывают никак. Очевидно, рабочие в «рабочем» государстве, даже если они виновны, все равно таковыми не признаются. Потому что злить рабочих — себе дороже: нищие пролетарии в любой момент могут взбунтоваться, причем от самого незначительного повода. Например — перебои в снабжении углем их квартир. Более всего забавляет, что Кемерово, «специализирующееся» на угле, не может им обеспечить вовремя шахтерские семьи. Обо всем этом читаем в следующем пункте протокола: «СЛУШАЛИ: Протокол районного делегатского собрания от 5 мая с.г. ПОСТАНОВИЛИ: 1) По второму вопросу поручить ТЭО проследить за выполнением, подать выписку из протокола делегатского собрания Управлению АИК. 2) Имея ввиду наличие рабочей силы и средства, считать недопустимыми перебои в снабжении квартир рабочих углем, на что и обратить внимание Управления АИК, поручив ТЭО выяснить количество доставляемого угля на квартиры рабочих. 3) Принимая во внимание, что снабжение спецодеждой произведено только на мокрых работах, а полностью рабочие спецодеждой до сих пор не снабжены, вторично в категорической форме предложить Управлению АИК в течение июня месяца с.г. закончить полное снабжение рабочих спецодеждой по спискам Наркомтруда, причем рекомендовать Управлению АИК во избежание перебоев в снабжении спецодеждой в дальнейшем сейчас же приступить к заготовке необходимых для спецодежды материалов. 4) В целом протокол утвердить». 2189

Среди обсуждаемых вопросов — волнующий всех и вся: о щегловских беспризорниках. Провели неделю помощи беспризорникам, в комиссию по организации оной от рудкома послали Отдельнова. Трудно сказать, чему именно мог Отдельнов научить местных бездомных детей. Разве что глушить пиво с динамитом, поскольку был большим почитателем экзотического кузбасского напитка… 2190

Озаботились также тем, чтобы послать видных щегловских функционеров в туристическую экскурсию на Алтай. Счастливыми обладателями путевок стали Поляков и Компанеец — фамилии их мелькают в документах довольно часто. Рудком выделил средства для оплаты их проезда до Ново-Николаевска. 2191

И еще одного «доброе дело» — организовали в районе общество Доброхима и постановили создать специальное бюро, которое бы ведало первыми шагами этого объединения на стезе военного просвещения и агитации, чем, собственно, общество прежде всего и занималось. 2192

Самое же любопытное осталось на потом, под занавес. Зачитали письмо из Кузбасстреста от 7 июня за № 6355 на имя Рутгерса, а также телеграмму в Ленинский Райуголь за № 624. Этими документами предписывалось отпускать кольчугинский уголь для АИКа во вторую очередь. Можно с уверенностью сказать, что эти послания имели для АИКа судьбоносное значение. Дело в том, что аиковский химзавод без кольчугинских сортов угля обходиться не мог. Кокс получался нужного качества, если он выделывался из смеси кольчугинского и кемеровского углей. Поскольку Кузбасстрест отныне считал бесперебойные поставки Кольчугинского угля АИКу делом не первостепенным, появлялась угроза остановки химзавода и вывода из строя коксовых печей. Несомненно, эта жестокая и в своей основе глупая мера была предпринята Кузбасстрестом в отместку за поражение, которое потерпели кузбасстрестовцы в Томске, когда в ответ на распространяемые ими слухи о плохом качестве аиковского кемеровского угля, Рутгерс лично явился в Томск и потребовал провести сравнительное испытание аиковского и кузбасстрестовского углей, причем испытание оказалось в пользу АИКа, о чем мы подробнейшим образом рассказали выше. И вот — месть. аиковцы тут же среагировали и через некоторое время потребовали передачи Ленинских копей АИКу и вывода из-под подчинения Кузбасстреста, что, кстати, и было осуществлено в начале 1925 г. Причиной же такого шага послужило во многом неумное поведение лидеров Кузбасстреста, в открытую стремившихся наказать Рутгерса непоставкой ленинских углей в Кемерово. аиковцы не бездействовали. Правление среагировало тут же, вовлекая в орбиту спора местный рудком ВСГ. На упомянутом заседании Чезарри выступил с речью: «Телеграмма в Ленино об отпуске угля для АИК во вторую очередь была послана 30 мая, а в АИК копия с нее Кузбасстрест послал только 7 июня почтой. Отпуск угля во вторую очередь значит прекратить отпуск угля вообще и в лучшем случае отпуск всегда будет задерживаться. Такое обстоятельство будет вызывать перебои в работе коксовых печей химзавода или прекращение работ на неопределенное время. В настоящее время запасы Кольчугинского угля в АИК лишь на 7 дней. Мотивы Кузбасстреста в перенесении доставки угля для АИК на вторую очередь неосновательны, т.к. расчеты задерживаются не АИК, а тем, что между Кузбасстрестом и АИК вообще не закончен счет. Необходимо во избежание перебоев в работе коксовых печей срочно урегулировать вопрос о доставке Кольчугинского угля на химзавод без всякой очереди, т.е. доставка была бы такой как раньше». 2193

Читателя, конечно, шокирует то обстоятельство, что в документации АИКа не было точных расчетов денежных и товарных взаимоотношений между Кузбасстрестом и АИКом, что понимать, очевидно, нужно так: получение угля и отправка денег фиксировались, но не выделены в особую папку. Протоколист же немного искажает ситуацию, основанную на неверном понимании того, что сказал Чезарри («не окончен счет…»). В речи предрудкома Тимощенко слова Чезарри трансформировались так: «Задержка в доставке Кольчугинского угля на химзавод ясно вызовет перебои в работе коксовых печей, чем нам необходимо избежать, так как перебои отразятся и на производстве и на рабочих. По бухгалтерским счетам АИК точного расчета между АИК и Кузбасстрестом не ведется». 2194

Однако рудком — инстанция профсоюзная. Она не имеет права приказывать Кузбасстресту и даже влиять на решения его руководства. Поэтому постановили воздействовать на Кузбасстрест через партийные органы: «Во избежание перебоя в снабжении Кольчугинским углем химзавода в срочном порядке просить райком ВСГ Кузбасса через уком РКП, Томский губком РКП воздействовать на Кузбасстрест о доставлении Кольчугинского угля химзаводу в первую очередь независимо от выявления потребности для химзавода количества угля на 1924 год». 2195

Схема воздействия на Кузбасстрест намечена довольно громоздкая: рудком ВСГ просит через райком ВСГ повлиять на уком РКП, чтобы последний обратился в губком РКП с просьбой о давлении на Кузбасстрест. А запасов угля — всего на неделю. Столь длинная цепочка вряд ли могла эффективно сработать за достаточно короткий срок… Заканчивается заседание докладом представителя квартирного отдела АИК Ермакова, который никак не обсуждался и постановление по нему не принималось. Просто доклад приняли к сведению. Читаем: «На 1-е июня у АИК собственных и наемных квартир имеется 936, в каковых помещается 1926 рабочих и служащих. Затем 283 человека (рабочих и служащих) живут на частных квартирах и 132 человека в собственных домах. Кубатура воздуха в среднем приходится на одного человека от 1,00 до 1,25 кб. саж. В Щегловске, Кемерове и Красный Яр в частных квартирах живут в плохих условиях и по большей части в землянках. И так как в Щегловске на квартиры никаких твердых цен Уисполкомом не установлено, то с рабочих владельцы домов дерут сколько вздумается. АИК же выплачивает живущим на частных квартирах только 3 рубля, каковых далеко не хватает. Ремонт квартир в бараках АИК идет слабо и зав. нарядами тов. Баарс все время предупреждает, чтобы его не заваливали нарядами на ремонт квартир, так как все равно их выполнить не смогут. Между тем, все бараки нуждаются в том или другом ремонте. Рабочих по ремонту квартир имеется только 12 человек, 6 печников, 1 штукатур, 1 белильщик и 3 чернорабочих. С инвентарем дело обстоит неважно. Всего с 1 января по 1 июня получено из мастерских столов 152, кроватей 198, табуреток 360, кадок 207, тогда как нужда в инвентаре солидная. В текущий сезон намечается построить 10 двухэтажных домов и 17 одноэтажных, с общей площадью 978 кв. саж. Кроме того, предполагается передать под квартиры амбары с площадью 71.00 кв. саж. На отопление всех квартир расходуется в летние месяцы угля 53.000 пудов, в зимние месяцы 103.000 пуд. и дров ежемесячно 50 куб. саж.». 2196

Нехватка всего и вся, о которой говорится в процитированном выше протоколе, была питательной основой для воровства — оно на Красной Горке было неким перманентным и патологическим явлением. Примеры нами уже приводились, но вот еще один случай, поведанный в письме начальника милиции 1-го района в АИК от 17 июня 1924 г.: «Управление милиции 1-го района Щегловского уезда доводит до Вашего сведения, что на химзаводе монтер Мазурурев как элемент неблагонадежный: однажды был пойман с навесами, сделанными им из казенного железа в часы занятия, материал по этому делу направлен нарсудье 2-го района при нашем отношении от 7-го июня с.г. за № 388, и вторично из-под его ведома были унесены две оси из кладовки, что, несомненно, улики падают на того же Мазурова, кроме того, означенный Мазуров чувствует себя большим хозяином, перед разливом реки Томи к нему было квартирным отделом поставлены три женщины, но Мазуров уперся и не пустил, и, кроме того, позволил себе избить поставленную к нему женщину, а помимо этих преступлений он милицией был неоднократно пойман с самогонкой и пьянствующим, что без всяких сомнений дает возможность полагать, что этот тип, которому все входы и выходы химзавода известны и вся ближайшая окружность ему знакома, и, следовательно, ему предоставляется легкая возможность производить сплавку ворованного. Просьба со стороны милиции убрать такового типа». 2197

Но вернемся к протоколу заседания рудкома, от которого нас отвлекла «криминальная» тема. Главной новостью дня, как уже сказано, был отказ Кузбасстреста первоочередно присылать кольчугинский уголь кемеровскому химзаводу. История имела продолжение. В протоколе было сказано, что в Кемерове запасы кольчугинского угля незначительны, их хватит всего на 7 дней. Заседание рудкома состоялось 13 июня 1924 г. Стало быть, к 20 июня кольчугинский уголь в Кемерове должен уже подойти к концу. Рутгерс в это время находился в Москве. Узнав о решении Кузбасстреста, возглавляемого Бажановым, Рутгерс забеспокоился. Видимых причин применения столь суровых мер со стороны Кузбасстреста не было. Все финансовые расчеты, похоже, были в порядке, ибо Рутгерс распорядился проводить оплаты, помечая их датой 1 июня. Рутгерс шлет телеграмму Бауману в Ново-Николаевск и просит убедить Бажанова отказаться от скоропалительного решения, которое могло привести к остановке химзавода. Бауман в свою очередь шлет срочную телеграмму из Ново-Николаевска в Кемерово 21 июня, излагая в ней текст телеграммы Рутгерса и со своей стороны просит повлиять на Бажанова: «ПОЛУЧЕНА ТЕЛЕГРАММА МОСКВЫ РУТГЕРСА СОДЕРЖАНИЕ ДВЕ ТОЧКИ БАЖАНОВ ПРЕКРАТИЛ ДВЕНАДЦАТОГО ПОГРУЗКУ КОЛЬЧУГИНСКОГО УГОЛЯ НЕСМОТРЯ МОЕ РАСПОРЯЖЕНИЕ ОПЛАЧИВАТЬ ПЕРВОГО ИЮНЯ ВЕСЬ ОТПРАВЛЕННЫЙ КЕМЕРОВО КОЛЬЧУГИНСКИЙ УГОЛЬ ТЧК ИЗБЕЖАНИЕ ЗАКРЫТИЯ ЗАВОДА ПРОШУ ПРИНЯТЬ СРОЧНЫЕ МЕРЫ РУТГЕРС ТОЧКА ДОГОВОРИТЕСЬ БАЖАНОВЫМ». 2198

Из текста телеграммы следует, что задолженности АИКа перед Кузбасстрестом по отправленному из Кольчугина углю нет. И тогда вполне очевидно, что прямые попытки остановить коксовые печи на химзаводе (что равносильно катастрофе) Кузбасстрестом предприняты по совсем другим причинам. Скорее всего — субъективным, о чем уже писалось…

Лицо колониста Прейкшаса. В наших книгах приводится немало биографий и «портретов с натуры» видных колонистов. Писали мы и о Прейкшасе. Он работал заведующим Центральной шахты АИКа. Вмешательство Рутгерса спасло его однажды от советского суда, о чем поведано в первом томе «Страниц истории города Кемерово». Однако сам Прейкшас, как это следует из иных документов, без колебаний подводил под тот же суд местных рабочих, причем, на наш взгляд, не всегда обоснованно. Поэтому мы не можем согласиться с тем сверхправедным образом Прейкшаса, какой приводится в некоторых работах иных современных исследователей. Впрочем, сказанное выше требует доказательства. Читаем собственноручное письмо Прейкшаса — недатированное и без адреса. В нем сказано: «Рабочий Центральной шахты № 1732 Шестак Станислав заявил, что около 15 сего мая ему пропала кайла, каковую он признал у рабочего № 1390 Петухова Леонида который заявил что он получил таковую от кладовщика шахты Лихачева. Кладовщик Лихачев по справкам указал, что эту кайлу сдал ему 24 мая 1924 г. рабочий Центральной шахты № 1643 Гальмутдинов Габбарас, поступивший на Центральную шахту 24 марта 1924 г. и на котором значились записанные две кайлы. На запрос Гальмутдинова, где получил кайлу, сданную им в кладовую, последний ответил, что кайлу нашел в забое.., каковая лежала там в течении нескольких дней, а потому и решил, таковую сдать в кладовую, на место пропавшей у него кайлы. Принимая во внимание, что Гальмутдинов не отрицает факта присвоения им чужой кайлы, что усматриваю как кражу, решил: Гальмутдинова устранить с работы на Центральной Шахте, дело передать начальнику милиции 1-го района Кемеровского рудника для дознания и привлечения Гальмутдинова к ответственности». 2199

Письмо, конечно, не блещет грамотностью («заявил, ЧТО ЕМУ ПРОПАЛА КАЙЛА»), но дело совсем в другом. Ничтоже сумняшеся, Прейкшас объявляет вором человека, который попросту проявил хозяйственное, в некотором смысле даже государственное, отношение к инвентарю: сдал в шахтовую кладовую найденное. Мы не знаем, судили или нет Гальмутдинова по просьбе Прейкшаса, но считаем, что когда над Прейкшасом нависла угроза суда, он испытывал нечто вроде бумеранга судьбы, ибо сказано: не судите, да не судимы будете…

Между тем, бедолагам, вроде Гальмутдинова, не позавидуешь. На шахтах, в том числе и той, где заведывал Прейкшас, условия труда были ужасающими. По крайней мере половина шахтеров были инвалидами (статистика уже упоминалась). Замера газа практически не проводилось, и рабочие травились, приходилось трудиться в мокрых забоях, что неминуемо вело к заболеваниям, а уж про угольную пыль и систематические травмы от падающего угля или породы и говорить нечего. Между тем, горный надзор как таковой появился на аиковских шахтах только весной 1924 г., о чем узнаем из протокола районного делегатского собрания от 5 июня 1924 г., на котором заслушали доклад руководителя означенного надзора Иванова. Из протокола: «Тов. Иванов говорит о причинах, вызвавших создание горного надзора ранее и теперь, а также о его обязанностях, говоря о проделанной горным надзором работе. Здесь т. Иванов говорит, что благодаря тому, что он здесь недавно, то большой работы сделать не удалось, в частности, пришлось обратить внимание на то, что не было вывешено правил внутреннего распорядка по цехам, не было сигналов и объявлений об опасных местах, обращалось внимание на ненормальность переправы через р. Томь и т.д.». 2200

В прениях по докладу Иванова рассказывалось о некоторых деталях, которые делали жизнь шахтеров невыносимой: «По докладу высказывается много товарищей, т. Макаров: горному надзору необходимо обратить внимание на подъем и спуск рабочих в шахту и из шахты, т.к. сейчас рабочему приходится дать в шахте около часу очереди выезда мокрому, отчего рабочие часто заболевают. Тов. Вяткин говорит о необходимости более сведущих десятников в газовые работы. Тов. Лангауэр говорит, что десятники в газовых шахтах плохо относятся к своим обязанностям, поздно являются на работу, благодаря чему рабочим приходится терять даром время, т.е. замерить газ некому, кроме того, десятники плохо знают свои обязанности, зачастую спрашивают рабочих, есть ли газ в шахте или нет и можно ли работать. Тов. Иванов говорит, что на все указанные ненормальности надзором будет обращено внимание». 2201

Было принято, конечно, и соответствующее постановление, только как-то не верится, что те правильные меры, которые предлагались собравшимися к исполнению таким, как Прейкшас, хоть к чему-то привели. Потому что на поверку получалось, что руководство оказывалось ненамного компетентнее темных и несознательных рабочих. Постановили: «1) Проследить горному надзору за выполнением АИК по замеченным надзором ненормальностям. 2) Обратить внимание на запальщиков, назначая для этой работы более сведующих и понимающих дело людей. 3) Обратить внимание на десятников газовых шахт, подбирая вполне знающих это дело людей, а также проследить за своевременным измерением газов. 4) Настоять перед АИК о необходимости беспрерывной (полные сутки) переправы через реку Томь». 2202

Впрочем, не исключено, что мы преувеличиваем степень непривлекательности горного дела той поры. Известно, например, что ознакомиться с опытом работы Кемрудника и особенно с применением на шахтах врубовых машин приезжали весьма приметные специалисты, о чем читаем хотя бы в письме знаменитого Л. Скворцова лично Рутгерсу от 2 июня 1924 года. Скворцов стремится создать условия для экскурсии по Кемеровским шахтам приметного в Сибири горного инженера Дмитрия Александровича Стрельникова и всячески ему протежирует. Л. Скворцов пишет: «Уважаемый товарищ Рутгерс. Предъявитель сего горный инженер Дмитрий Александрович Стрельников работает главным образом в Томском Политехникуме имени Тимирязева, в задачу которого, между прочим, входит снабжение средним техническим персоналом и Кузбасса; в то же время тов. Стрельников является преподавателем основных предметов горного отделения этого политехникума и Горного факультета Томского Технологического Института. Для него крайне важно будущим спецам дать еще на школьной скамье правильное представление о принятых в Кузбассе системах разработки месторождений каменного угля и тех достижениях, которые имеют место, в частности, и у Вас. Ввиду этого он предполагает или один, или с составом выпускного курса в количестве 20 человек, летом этого года (если позволят средства) посетить Кемеровский рудник и детально ознакомиться преимущественно с горными работами и бегло с работой и жизнью всего рудника. В частности, опыт применения на Вашем руднике врубовых машин не может не представлять исключительного интереса для него, а особенно для будущих техников. Зная лично тов. Стрельникова, как работника в горном деле и педагога, прошу Вас в интересах школы и нашего горного дела, не отказать в любезности чтобы эта экскурсия тов. Стрельникова или его одного, или с питомцами, состоялась». 2203

Экскурсия Стрельникова «с питомцами», очевидно, состоялась. Порукой тому — не только личное письмо Л. Скворцова к Рутгерсу, заканчивающееся ремаркой «Уважающий Вас Л. Скворцов», но и письмо предрайкома ВСГ Котина в АИК и рудком от 4 июня 1924 г. Котин, кстати, в 1927 г. дослужится до должности председателя Правления АИК. Из его письма: «Райком ВСГ Кузбасса настоящим обращается к Вам с просьбой: 1. Предоставить возможность зав. горн. отд. Перв. Сиб. Политехникума имени Тимирязева в г. Томске горн. инж. Д. А. Стрельникову с 18 оканчивающимися в этом году Горное Отделение горным техникам ознакомиться подробно с горными работами, вообще с работой и жизнью Кемеровского рудника и химзавода. 2. Представить для них же от трех до пяти мест службы на горных работах, причем уведомляем, что указанная работа студентов будет продолжаться не менее года». 2204

Очевидно, постановка горного дела в АИКе отличалась от общепринятой советской, — именно поэтому ее так хочет «изучить» Стрельников. Мизерное число иностранцев, среди коих высококлассные специалисты, не могло, конечно, изменить хотя бы на десятую долю привычные представления советских спецов о производстве (доказательства приводились). Притом что приезд каждого серьезного инженера из-за границы был, конечно, фактом первоочередной важности. В описываемое нами время, в конце весны 1924 г., в АИК прибывает из Германии, например, химик Яр Рудольф, о чем зав. отделом труда АИКа С. С. Шипман тут же сообщает в рудком ВСГ, камеру труда и в управление милиции 1-го района: «Отдел труда Управления АИК сообщает для сведения и регистрации, что из Германии прибыл специалист по коксованию и побочной продукции гр. Яр Рудольф, Германско-поданный, принят на службу с 22 мая сего 1924 г. в качестве ассистента по коксованию». 2205

К слову, не только о прибытии, но и о перемещениях иностранцев тут же сообщалось в те же инстанции (рудком, камера труда, милиция). Тот же Шипман уведомляет 11 июня 1924 г.: «Сообщается для сведения и регистрации, что работники госпредприятия Волкович В. М. и Лемон Ида с 1-го июня с.г. оставили работу в предприятии за переходом в коммунальное хозяйство членов АИК, а Баукас Ева с 1 июня с.г. поступает на работу в предприятие в квартирный отдел в порядке перевода из коммунального хозяйства членов АИК». 2206

Каноны «загадочной души». Изучив многие тысячи документов об АИКе, ловим себя на мысли, что колония была предприятием не только уникальным, но и парадоксальным. Парадоксы, на наш взгляд, шли от самой затеи слить две психологии: европейскую и русскую. Поэтому с одной стороны в АИКе наблюдается «европейская» страсть к порядку, стремление облагородить городскую среду, оснастить предприятия современными и удобными машинами, с другой же — местная расхлябанность, бракоделие, загаженные сортиры и бараки, нежелание иметь дело со сложными механизмами, а отсюда и нарочитая их поломка. Каноны «загадочной русской души», похоже, претерпели все-таки определенную пертурбацию в европейском духе, но поскольку влияние Европы было слишком кратковременным и опосредованным через всего лишь несколько сотен колонистов, плохо знавших местные обычаи и язык, то извечная «расейская» расхлябанность, помноженная во сто крат в советские поры, все ж таки брала верх. И примеров тому — великое множество. Все, к чему прикасались «пролетарские» руки, выходило почему-то боком. Читаем, например, письмо предрудкома Тимощенко в Управление АИК от 3 июня 1924 г. о том, как в Кемерове строили печи: «В строительном отделе при кладке и ремонте печей нами замечен основной недостаток в том, что у печников и у десятников нет совершенно на руках чертежей печей, почему каждый из них делает печи и духовки по своему разумению и прежней практике. Из-за этого, особенно духовки, выходят разношаблонные и разно конструированные, большинство потребляют много угля, а не пекут и не нагревают помещение, бывает часто, на что укажем факты, что печи переделывают при ремонте несколько раз и все-таки печь не пекет и не греет. Для уменьшения расхода угля на коммунальные услуги и рабочей платы на ремонт, для уменьшения ссор из-за печей между жильцами, дабы не портить хлеб, а от него и здоровья, и материалы, не тратить время и т.д. и т.п. Бесспорно, по техническим и экономическим соображениям необходимо, и мы предлагаем для руководства и контроля десятникам и печникам безотлагательно выдавать чертежи рационально-сконструированных однотипных печей и тогда в процессе работ каждый печник должен и будет строить печь по чертежу и отвечать за всякие уклонения от чертежа, а десятник и вообще администрация будет следить и должна требовать выполнения работы точно по чертежу и даже надзор сократится. Предлагаемый порядок есть необходимое условие каждой хорошо организованной и экономичной работы, где предусматривается вперед все возникающие последствия». 2207

В общем, в АИКе постоянно возникали проблемы и конфликты из-за непродуманности самой постановки дела. Пожалуй, вся история АИКа прошла под знаком этой непродуманности, хотя аиковское руководство утверждало как раз обратное. Очередное непродуманное дело привело к конфликтам и разжиганию страстей даже среди рабочих в мае 1924 г. Получилось, что рабочие, выполняющие одну и ту же работу, вознаграждались по-разному из-за неправильно применяемой или составленной тарификационной сетки. Профсоюзники считали, что в АИКе неверная оплата труда уже давно превратилась в явление. Руководство же АИКа, хотя бы в лице Бронки Корнблит, полагало, что речь идет лишь об единичных случаях. Все это становится ясным по прочтении протокола заседания президиума Кемеровского рудкома ВСГ от 16 мая 1924 г. Присутствовали Тимощенко, Гульбе, Криницын, Чухманов, Фальковский, Козяйкин, Правдин, Чезарри, Рутгерс, Корнблит, Баарс, Колесников, Истлентьев, Благодатский, Авдеев. С докладом о тарификации выступил Тимощенко: «В тарификации рабочих у нас наблюдается целый ряд ненормальностей, в строительном отделе некоторые плотники тарифицируются по 10-11 разряду на 50% надбавки, тогда как другие тарифицируются по 8 разряду без всякой процентной надбавки. Такаяже вещь практикуется с печниками и в других отраслях работ. Причем повышение в разрядах и делаемые процентные надбавки в большинстве своем не имеют под собой твердой почвы, не имеют видимых оснований. Такое положение создает брожение среди масс, обостряет отношения между рабочими и завами и наблюдаются случаи поступления заявлений об уходе с работ из-за ненормальной тарификации и из-за необоснованной процентной надбавки. На эту ненормальность указывалось Управлению АИК неоднократно, указывалось на необходимость перехода к сдельной работе, но АИК никаких мер по этим указания не принимает. Затем наблюдаются массовые случаи применения сверхурочных работ, где надо и где не надо во-первых, а во-вторых у Управления АИК имеется много рабочих, считающихся временными, между тем как они находятся на работе более 3-х месяцев». 2208

Не перестаем удивляться. Оказывается, причиной увольнений служит «необоснованная процентная надбавка» к чужой зарплате. Местные рабочие давно научились завидовать чужим «надбавкам», и велик был соблазн заявить, что таковые не просто незаслуженны, но и незаконны. Тимощенко — на стороне завистников. В прениях, впрочем, выступают аиковцы и не во всем с Тимощенко соглашаются.

ЧЕЗАРРИ: На сдельную работу можно перейти лишь в основном производстве и на капитальной постройке, а в подсобных цехах — нельзя. Нормы работ, установленные так называемой желтой книжкой, слишком низки и необходимо нормы эти пересмотреть.

ФАЛЬКОВСКИЙ: Раз устанавливается как-то надбавки, то можно установить оплату сдельно. Теперешняя процентная надбавка слишком нервирует рабочих и сами заведующие поставлены в затруднительное положение.

КОРНБЛИТ: Больших недоразумений с тарификацией нет, а есть единичные случаи, которых избежать очень трудно. Сдельную работу не везде можно применить. Если нет согласованности у Управления АИК с рудкомом, то это объясняется тем, что процесс согласования сопряжен с большой волокитой.

ИСТЛЕНТЬЕВ: Правильной тарификацией работ будет переход на сдельную работу каждой вещи, перевести на копейки. Необходимо к этому переходу на сдельщину нам и стремиться. К сдельщине перейти можно на всех работах.

КОЗЯЙКИН: В настоящее время одни рабочие процентные надбавки получают, другие нет, причем есть случаи, что хорошим рабочим надбавка не дается, а слабым дается.

КОЛЕСНИКОВ: В укоме за последние два дня приходили некоторые рабочие с жалобой по поводу неравномерной процентной надбавки, говоря, что некоторые работают больше, а получают меньше, а некоторые наоборот. Определить норму работы всегда можно и нам необходимо перейти на сдельную работу, но переход этот следует делать постепенно. 2209

Казалось бы: недоволен работой и ее оплатой — рассчитывайся с предприятия и ищи более подходящие условия труда. К чему же бузить? Для местных рабочих, однако, именно буза — услада души. Бузящий рабочий перестает чувствовать себя козявкой, — винтиком и болтиком, по определению Сталина. Постановили так: «1) Считать необходимым пересмотр норм выработки на всех работах, для чего создать в ближайшие дни комиссию на первых началах в составе: 3 человека от хозоргана — представитель управления АИК 1, от отдела труда АИК 1 и представитель цеха — 1 и 3 человека от профорганов — представитель рудкома 1, представитель шахткома 1 и представитель от цеха 1. Причем комиссия эта в случае надобности приглашает консультантов. Работа комиссии должна сопровождаться протоколами заседаний, фиксирующими постановления и те или иные мнения сторон. По отношению к работам, не поддающимся учету, комиссия должна изыскать форму их оплаты. Всю работу комиссия должна закончить к концу июня месяца с.г. 2) До конца работы комиссии Управлению АИК предложить: а) все новые работы, типовые, безусловно, сдавать сдельно, б) никаких процентных надбавок вновь не допускать, в) повышение разрядов строго в каждом отдельном случае согласовать с рудкомом ВСГ, от применения сверхурочных работ отказаться и применять их лишь в исключительных случаях и с ведома Инспектора Труда, д) всех рабочих, принятых на работу временно, после месяца работы, переводить на постоянную работу». 2210

В сущности, решать, кому платить больше, а кому — меньше, было делом АИКа. Специфические представления о равенстве рабочих, демонстрируемые профсоюзами, выглядели уж слишком по-советски и вряд ли могли стимулировать труд наиболее работоспособной части колонии, и уже поэтому были вредны. Руководство же АИКа было весьма прагматично и почти ничего не делало просто так, безо всякого смысла. Если были устроены специальные лазейки, как в обход профсоюзов простимулировать нужных людей — значит, руководству АИКа это было выгодно. Точно так же, как невыгодно содержать неумех, разгильдяев или просто лишних рабочих. А таковых весной 1925 г. скопилось уже немало. В мае 1924г., например, полностью закрыли рудник имени 25 Октября (Порывайку) — за ненужностью, рабочих же уволили. Все это обсуждалось на заседании президиума Кемеровского рудкома ВСГ 16 мая. Присутствовали члены президиума Тимощенко, Гульбе, Криницын, ответработники Чухманов и Кузнецов, представитель РКСМ Правдин, председатели шахткомов Милорадов, Пасынков, от управления АИК — Корнблит. Заседание началось в 7 часов 30 мин. вечера, закончилось в 11 часов ночи. На заседании выступила Бронка Корнблит: «Рудник ликвидирован 1 мая. Теперь будут только погрузочные работы, которые продолжаются до 1 июня. Лесозаготовка на руднике 25 Октября, возможно, будет прекращена, так как т. Рутгерс поехал в Томск и думает там закупить готовый лес. Постройка с рудника перевозиться не будет, т.к. слишком плоха и не стоит перевозки. Имущество будет переведено. Рабочих подлежит увольнению 54 человека, из коих 16 человек были приняты с предупреждением о ликвидации рудника (прилагается протокол заседания представителей Рудкома и Управления АИК)». 2211

Рутгерс как бы предчувствует усиление кризиса. И чтобы его облегчить, решается на закрытие Порывайки. Решение мудрое. Оно доказывает, что руководство АИКа умело прогнозировать развитие событий, которые в СССР, кстати, в те поры развивались довольно непредсказуемо. Удивительно, что иностранцы вникли в ситуацию гораздо быстрее, чем, скажем, советский Кузбасстрест. Постановили так: «С ликвидацией рудника 25 Октября согласиться. 2) Ввиду отсутствия в настоящее время на Кемруднике работ и квартир, согласиться на увольнение рабочих рудника 25 Октября. Причем в случае открытия прием вновь рабочих на Кемрудник Управление АИК представляет уволенным рабочим с рудника 25 Октября при ликвидации последнего, то есть работу вне всякой очереди».2212

Между тем, парадокс самого существования АИКа заключался в том, что сокращение наиболее неэффективно работающих ее частей по времени совпадало с наращиванием производства там, где дела выглядели лучше. Сам ввод в действие химзавода и увеличение его оборотов в условиях, когда проблема сбыта не только угля, но и кокса, обострялась, говорит о многом. Впрочем, весной 1924 г. все выглядело относительно благополучно — обострение кризиса произойдет позднее. Корнблит, например, не скрывала своего удовлетворения положением дел на химзаводе, о чем 20 мая 1924 г. писала в рудком ВСГ: «В ответ на Ваше отношение за № 784 от 16 мая с.г. сообщаем, что коксование началось 28 февраля с.г. и что в настоящее время работают все 50 печей; средний период коксования печи около 27 часов, загружаемость 9 1/2 тонн угля, составленного из 50% Кемеровского пласта, 20% Владимировского и 30% Кольчугинского. В некоторых же печах производится испытание смесью, состоящей из 50% Кольчугинского и 50% Кемеровского угля. В среднем в настоящее время получается около 18.000 пудов кокса в сутки, являющегося 70% выхода. Кокс признан всеми, даже Уралметом химически превосходного качества. По поводу барабанной пробы были некоторые заминки с Уралметом насчет дальнейшей отправки, но в настоящее время все это устранено. По 15-е сего месяца нами выслано 527.000 пудов, из коих Уралмету 489.000 пуд., а остальные — пробные вагоны разным предприятиям, как Промкомбинату — Тюмень, заводу «Серп и Молот» — Москва, Металлотрестам — Омск, Мальцевским заводам — Брянск, завод «Революционер» ст. Думиничи, Мельстрой — Москва, Гомза — Москва, Водоканал — Москва, Русский дизель — Ленинград, Сормовский завод — Нижний Новгород». 2213

Корнблит знала, о чем писала. Ее словам можно верить, как и показаниям Рутгерса, с которым она была особенно близка. История с химзаводом и его пуском — это выигранный бой, причем главными игроками, пожалуй, были Рутгерс и, как ни странно, Корнблит, потому что ее влияние в АИКе было бесспорно. Она могла производить смещения и назначения даже очень заметных в АИКе руководителей. В мае 1924 г. она сместила с должности заведующего Владимировской шахты колониста Лугги и поставила на его место Родионова, руководствуясь сугубо прагматическими соображениями, изложенными ею в письме от 19 мая, направленном в рудком ВСГ: «В ответ на Ваше отношение за № 705 от 9-го мая с.г. сообщаем, что зав. Владимировской шахтой и работами пожарного участка назначен тов. Родионов вместо тов. Лугги по следующим причинам: 1) Тов. Родионов более компетентен для означенной работы, чем тов. Лугги, 2) Назначение одного заведующего на обе работы уменьшает накладные расходы предприятия, 3) Отчетность на Владимировской шахте или совсем не велась, или велась неправильно, что следует приписать незнанию языка тов. Лугги, 4) Помимо этого считаем нужным сообщить, что за всех колонистов, не имеющих права ответственности и кои назначаются на работы, требующие права ответственности, то таковая главинженером Кемрудника берется на себя и поэтому при назначении кого-либо на такие работы им учитываются все стороны вопроса». 2214

Не терпела Бронка Корнблит не только непрофессионализма (как это следует из примера Лугги), но и стукачей, особенно если страдательной стороной выступала она сама или Рутгерс. Завшколой Фабзавуча Киселев как-то осмелился написать на руководство АИКа донос в рудком ВСГ. 19 мая 1924 г. Бронка Корнблит, реагируя на его писанину, пригрозила Киселеву санкциями в письме, так же направленном в рудком ВСГ: «На ваше отношение за № 740 приводим к сведению, что завшколой Фабзавуча Киселев вводит Вас в заблуждение с неправильными докладами, ни на чем не основанными. Завшколой Киселев в ближайшее время к нам с такой просьбой не обращался, а в тех случаях, когда обращался, ему было оказано полное содействие. В будущем завшколой за ложные доклады на действия Управления будет привлекаться нами к ответственности». 2215

В отсутствие Рутгерса и даже когда он пребывал в Кемерове, именно Корнблит казалась настоящей хозяйкой АИКа. Именно ей, например, приходилось представлять интересы АИК на различных профсоюзных сборищах, что было очень важно: ВСГ уже превратился в стойкого и последовательного врага колонии, так что «держать отношения» с ним надо было уметь. 9 мая 1924 г. на заседании Кемеровского рудкома ВСГ Корнблит выступила сразу с двумя докладами. Присутствовали 10 человек членов рудкома, член ревкомиссии Авот, члены шахткомов Новиков, Тропин, Павлов, ответработники рудкома Чухманов и Кузнецов, председатель страхкассы Заплаткин, представитель АИКа Корнблит, от Укома РКП — Колесников. Председательствовал Тимощенко, секретарствовал Чухманов. Заседание началось в 7 час. 40 мин., закончилось в 2 часа 30 мин. ночи. Таким образом, заседали почти семь часов кряду. Что же обсуждали? Оказывается, Бронка Корнблит докладывала о снабжении спецодеждой: «Тов. Корнблит сообщает о количестве выданной за последнее время спецодежды и о предполагавшейся в ближайшее время заготовке, затем говорит, что если в выдаче спецодежды и прошла задержка, то потому, что по новым спискам НКТ много требуется новых вещей, о которых АИК не знал и заготовить их вовремя не могло. Кроме того, заготовка спецодежды связана с большими препятствиями, как то: нет на рынке нужных материалов, далеко стоит рынок и проч., а поэтому сделать заготовку в какой-нибудь месяц нет возможности. По последним причинам и трудно сказать определенный срок, к которому бы АИК полностью снабдило всех рабочих необходимой спецодеждой. Заготовку спецодежды АИК производит через своих представителей в Ново-Николаевске, Москве и через Сибцентрсоюз». 2216

Удивляет одно. Заседание, как уже было сказано, длилось почти семь часов, а протокол занимает всего одну страничку. Какие же страсти должны были разгореться по докладу Бронки Корнблит, чтобы заседание так затянулось? Запись прений ответа на вопрос не дает: в ней нет и намека на «ажиотажность» развернувшегося на заседании рудкома действа. Между тем, что-то ведь да должно было происходить экстраординарное, если уважаемые в районе люди задержались аж до половины третьего ночи! Вот запись прений.

КУЗНЕЦОВ: Так как АИК не выдало вовремя спецодежды и тем самым невыполнило колдоговор, по-моему, АИК должен компенсировать за спецодежду деньгами.

ЕВСЕЕНКО: возражает Кузнецову, говоря, что раз АИК не сумело приобрести материал для спецодежды, то рабочий, в отдельности каждый, тем более не сумеет приобрести. Далее указывает, что мы, шахткомщики, требуем с рабочих выполнения договора в отношении 20 выходов, то АИК в свою очередь колдоговор должно выполнить.

ГУЛЬБЕ: Управление АИК с заказом на материалы для спецодежды затянуло и не уделено на эту сторону должного внимания. Необходимо АИК принять срочные меры, как к заготовке материалов, так и к пошивке спецодежды из имеющихся материалов у АИК.

ТИМОЩЕНКО: Управлению АИК нужно сознаться, что на снабжение рабочих спецодеждой не было обращено должного внимания. 22-го апреля на заседании рудкома т. Рутгерс заявлял, что со спецодеждой дело обстоит благоприятно, оказалось, не совсем так. АИК не только не заготовила спецодежды, которой не было в прежних списках НКТ, но не заготовила и той, которая в списках была; например, рукавицы. Между тем на это указывалось АИК и рудкомом и 3-м пленумом райкома ВСГ Кузбасса и 5-й нашей конференцией. На компенсацию за невыданную спецодежду мы согласиться не можем. Здесь необходимо Управлению АИК назначить определенный срок в три недели для полного снабжения рабочих спецодеждой и заготовки материалов на будущее время, причем рекомендовать АИК заготовку материалов произвести через местный ЦРК.

КОРНБЛИТ: Договор о спецодежде заключен в конце февраля, Рутгерс же уехал и вернулся только 1 апреля. В его отсутствие Котляренко мер никаких не принял, а сделать много в один месяц нельзя. Кроме того, Сибтруд согласился на утверждение старого списка. В ЦРК мы материалы спрашивали, но в нем нужных не было. В Анжерке дело обстоит еще хуже. 2217

Кризис коснулся всего, в том числе и спецодежды. И коли в Кузбасстресте — еще хуже, а ЦРК нужных материалов не найти — то виновен ли Рутгерс, и не слишком ли «привередничают» профсоюзы? Постановление выглядит невыполнимым — по крайней мере, в свете сказанного Бронкой Корнблит. Постановили: «Предложить Управлению АИК в течение трех недель и обязательно до 1 июня с. г. покончить со всей задолженностью по спецоджеде и произвести полностью по спискам НКТ, причем рекомендовать АИК сделать заказ на спецодежду через местный ЦРК». 2218

Потрепав нервы Бронке Корнблит в вопросе со спецодеждой, приступили к заслушиванию проекта Управления АИК об организации молочной фермы. С сообщением выступила опять-таки Корнблит. Очевидно, требовались разъяснения: чем отличается уже существующая сельхозферма от «молочной» и сможет ли АИК содержать сразу 300 коров. Корнблит: «Управление АИК, в целях избавления рабочих от возни с коровами и рудника от грязи, намечает организовать молочную ферму, первое время на Кемруднике. Предполагается закупить коров 300-400 у самих же рабочих по цене от 50 до 70 рублей. Молоко будет развозиться и в первую очередь рабочим, которые своих коров продадут ферме. Ферма будет на полном хозрасчете. От СТО на улучшение фермы средства получены». 2219

Так выглядела «коллективизация» по-Рутгерсовски. Во-первых, добровольно, а во-вторых, через закуп у населения объединяемых одним хозяйством животных. Притом трудно сказать, что более всего подвигло Рутгерса на такую «коллективизацию» — забота о местных рабочих, или удовлетворение собственных эстетических пристрастий, с которыми трудно уживались кучи навоза прямо в центре Красной Горки. После сообщения Бронки Корнблит начались прения.

КУЗНЕЦОВ: Идея об организации фермы хорошая и ее остается только приветствовать.

ГУЛЬБЕ: отмечает необходимость покупки хороших породистых коров, хорошего за ними ухода и безукоризненной чистоты на всей ферме.

ОВСЕЕНКО: Сомневается в чистоте на ферме. У АИК производство не налажено, вовремя ничего не делается, а тут еще думать организовать ферму.

ФАЛЬКОВСКИЙ: Ферма нужна, но нужно дело ставить так, чтобы зимой не пришлось бы коров продавать.

ТИМОЩЕНКО: Против идеи, конечно, возражать не приходится, но чтобы ферма была во первых: на хозрасчете, в во-вторых не отвлекала бы внимания у АИК за счет производства.

КОРНБЛИТ: Ферма никакого отношения к производству не имеет и организация ее преследует цель исключительно улучшения жизни рабочих и очищение рудника от гноя и нечистоты. 2220

Какое меткое определение! Нашим сиюминутным побуждением было даже назвать эту главу «Гной и нечистоты Красной Горки». Потому что не только внешний вид ее был «загноенным и нечистотным», — сам стиль отношений между людьми, заданный переворотом, был таковым… Постановили: «С организацией Управлением АИК молочной фермы в текущем году до 300 коров согласиться при обязательном существовании фермы на полном расчете и чтобы Управление АИК не уделяло внимание ферме за счет предприятия». 2221

На этом протокол закончился. По крайней мере наполовину (в части о спецодежде) заседание касалось коллективного договора. Не будь в нем записан пункт о снабжении рабочих спецодеждой (которую неоткуда было взять или заказать в обстановке тотального дефицита), и обсуждение, наверное, не растянулось бы на многие часы и, главное, не было бы столь бесполезным. Стоило ли ломать копья из-за того, чего нет, и, главное, что невозможно достать? Так непродуманность колдоговора привела к неприятным для Рутгерса баталиям и схваткам в ВСГ. Впрочем, отныне Рутгерс при заключении колдоговора ведет себя более осторожно и даже набирается смелости протестовать против включения в него невыгодных для АИК пунктов, что следует хотя бы из его письма в рудком от 16 мая 1924 г.: «В ответ на присланный Вами проект о взаимоотношении Рудкома ВСГ с Правлением АИК, сообщаю следующее. В общем и целом проект во всех пунктах для нас приемлем, за исключением параграфа от отчетах и статистиках. Указанные Вами отчеты по формам не являются общегосударственными, а лишь формами Кузбасстреста, которые для нас необязательны. Вместо указанного параграфа советую прибавить следующее: «Управление АИК обязуется предоставить Рудкому ВСГ все копии отчетов и статистик, высылаемые Управлением во все высшие органы Советской Республики в Центре». 2222

Было широко распространено мнение, что коллективный договор нужен прежде всего рабочим и защищал именно их интересы. На поверку же оказывалось, что колдоговором умело пользовались либо хозяйственники, либо профсоюзники, либо представители других «общественных» и прочих инстанций, дабы умеючи сводить счеты друг с другом. Что касается простых рабочих — то им, скорее всего, колдоговор был безразличен. Тем более, он не защищал ни в коей мере рабочего или служащего, если хозяйственник попытается с ним «разделаться». Так, аиковская команда обвинила в описываемый нами период (точной даты нам обнаружить не удалось) некоего Туркина, который подозревался в воровстве и подлоге. Можно ли сомневаться, что Туркина не спасет никто и ничто, несмотря на то, что по суду он еще ни в чем не уличен? Из письма управделами АИКа в рудком ВСГ: «В ответ на Ваше отношение за № 722 сообщаем, что означенный Туркин, который у нас работал табельщиком, обвиняется нами в подложном получении из кассы АИК «Кузбасс» посредством представления фиктивных ведомостей, свыше ста двадцати рублей и потому передав дело в милицию, мы удалили его с работы и задержали следуемый ему заработок. Перед тем как начать дело против Туркина, предрудкома т.Тимощенко был посвящен в это». 2223

Конечно, на Красной Горке воровство свирепствовало, чему приводились бесчисленные примеры. Но были и необоснованные обвинения, которые касались даже колонистов. Вспомним, — Еву Мангдушевскую, колонистку, обвиняли в воровстве, то же самое произошло и с Винько Воковичем (их случаи мы приводили в первом томе «Страниц истории города Кемерово») и они страдали безвинно. Так что, кто знает, не была ли история Туркина из того же ряда?

Но мы отвлеклись от рассуждений о колдоговоре. Конечно, руководство АИКа часто ошибалось и даже иногда намеренно вводило в заблуждение всех и вся, когда это было во благо АИК. Так, удивительно, конечно, что Рутгерс не в состоянии, де, был найти спецодежду для рабочих (что и требовалось по колдоговору) в нужном количестве, и особенно — на месте, в Кузбассе. Скорее всего, это был преднамеренный обман, вызванный желанием сэкономить средства в условиях усугубляющегося кризиса — и финансового, и производственного. Тем более, что «соседний» Кузбасстрест тоже экономил на спецодежде. Кстати, таковую, несмотря на уверения Бронки Корнблит, вполне можно было заказать и в местном ЦРК, если верить письму зав. ТЭО Кемеровского рудкома ВСГ в Управление от 12 мая 1924 г.: «Правление Кемеровского Центрального Рабочего кооператива заявляет, что может в недельный срок заготовить на месте сколько нужно для спецодежды брезенту, рукавиц и сапогов. Посему просим Вас немедленно войти с ними в переговоры и о результатах сообщить нам». 2224

И, выходит, Бронка Корнблит лукавила, когда заявляла, что в ЦРК ничего для спецодежды припасти невозможно? Кстати, о процитированном выше письме Бронка Корнблит не могла не знать, когда выступала с означенным заявлением на заседании президиума рудкома. Дело в том, что письмо датировано 12 мая, а заседание проходило, как уже было сказано, 16-го. Но отчего лукавила Бронка? Не оттого ли, что Рутгерс уже решил спецодежду заказать за границей, что было хоть и значительно дороже, зато на посредничестве с Европой можно было нажиться таинственным «держателям капиталов», вложенным в АИК еще в начале ее организации? Впрочем, не исключено, что каких-то скрытых и тайных мотивов у аиковцев не было. Возможно, дело просто в безалаберности и безответственности, чему в архивных папках находим массу примеров. Вот один из них. Предрудкома ВСГ Тимощенко возмущенно сообщает в Управление АИК, инспектору охраны труда и Горному смотрителю 10 мая 1924 г. о безобразной работе катера на реке Томи: «Обращаем Ваше внимание, что моторный катер, который обслуживает в настоящее время переправу через Томь, работает ненормально, примерно: отправляясь от того или другого берега реки, во время хода вдруг машина делает перебои в работе, перестает работать и катер беспомощно предоставляется в распоряжение стихии и сносится туда, куда заблагорассудится волнам, считая такое явление крайне недопустимым и опасным, предлагаем Управлению в срочном порядке ликвидировать это, в противном случае переправу на катере придется остановить. В будущем мотор должен быть еще снабжен спасательными кругами и веслами». 2225

При желании, конечно, можно было расценить происходящие на переправе неувязки как издевательство над рабочими (рудкомовцы именно так и считают). Любая неурядица могла быть истолкована рабочими не в пользу АИКа. Вот, например, уже упомянутого нами Туркина, обвинявшегося в подлоге и воровстве, арестовали. Мать пишет слезное письмо в профсоюз, и уверяет, что Туркин ни в чем не виновен. И, конечно, нашлось немало сочувствующих и обвиняющих «иностранцев» в черствости и наветах. Читаем письмо Екатерины Туркиной: «Прошу Вашего содействия, почему-то удержана жалованья причитающая и моему сыну Ивану за месяц 19 дней, затем по каким-то причинам отказали от должности и арестовали 7-го мая с. г. Нам совершенно питаться нечем. У нас только и было надежды на его жалованье. Старик мой, муж, тоже сокращен, а работник остался один, и тот ученик в техническом бюро, и мы 4 месяца не получили копейки. А кормиться чем-то нужно, одежду продавали, а сейчас хлеба купить незачева. А семья 6 человек, почему-то нашли виновным рабочего писца, а есть в отделе заведующий, который отписывает бумажонки и проверяет табеля и не знает своих рабочих, где и чего работает, для чего же тот заведующий. А раз тот писал им бумаги и дело кончено, он знает, для чего подписывает, причем здесь мой сын? Вечный пролетарий и не имеет своего никого наследия, и он остается виноват, а почему высшие дельцы остались правы, по-моему, сына моего я считаю невиновным, есть на то заведующий. Прошу крайне содействия ближнего своего рабочего начальства о выдаче жалованья выйти с ходатайством председателя управления и дать мне точный результат, почему мне задержана жалованья, мне кажется, теперь мы стесняться не должны, потому что власть рабочих и крестьян». 2226

Письмо написано 1 мая, в пролетарский праздник. Оно потрясает прежде всего тем, что мать печется не столь об освобождении сына (по ее мнению, невиновного), сколь о его жалованьи. Если нельзя спасти сына — то зачем же пропадать деньгам? Таковы были нравы… Ни один документ, конечно, нельзя абсолютизировать, т. е. придавать ему исключительное значение — его ценность проявится лишь в купе с другими. Быть может, руководство АИКа и не любило таких, как Туркин, возможно, на многое насмотревшись, несколько свысока смотрело на рабочих как социальный слой, и именно потому недостаточно о них и заботилось, если судить по истории со спецодеждой. Однако при желании можно найти и документы противоположной направленности. Например, о том, как АИК берется за постройку Народного дома именно для рабочих. Об этом узнаем из протокола заседания президиума Кемеровского рудкома ВСГ совместно с представителями Управления АИК, которое проходило в день рождения Ленина 22 апреля 1924 г. Присутствовали члены президиума Тимощенко, Гульбе, Криницын, председатели шахткомов Пасынков, Фальковский и Козяйкин, от Управления АИК Рутгерс и Корнблит. Председательствовал Тимощенко, секретарствовал Чухманов. Рассматривали план и смету на постройку Рабклуба на Кемруднике.

Строительство должно было обойтись в 40 тысяч рублей, а клуб вмещать 350 человек в партере и 225 человек на балконе, итого 575 чел. Постановили так: «1) С представленной сметой и планом согласиться. 2) Дальнейшую и детальную разработку плана поручить через АИК Техническому Бюро. 3) На постройку Рабклуба Управление АИК по заявлению т. Рутгерса отпускает 15 тысяч рублей и в случае недостачи на капитальную достройку еще ассигнует 5 тысяч рублей. Рабкооп участвует суммой, определенной рудкомом ВСГ совместно с Правлением ЦРК при рассмотрении баланса, причем если ЦРК будет открыт кредит от Центрального кооператива в 20 тысяч рублей, то эти 20 тысяч рублей целиком идут на постройку Рабклуба. Рудком участвует двухдневным отчислением заработка рабочих с согласования последних». 2227

Нужен ли был Народный дом рабочим? Наверное, нужен. Народ охоч до зрелищ и прочих развлечений, и киноленты, демонстрируемые в Нардомах, были чрезвычайно популярны. Однако, возможно, было бы лучше, если бы аиковцы занимались не обустройством Нардомов, а улучшением производственного быта, который в 1920-е годы был настолько запущен, что каждодневно грозил катастрофами. В том же протоколе заседания президиума рудкома заслушивали, например, сообщение «О срыве вагонеток и крушении на Уклонной шахте, имевшем место 22 апреля». То есть — в день рождения Ленина, который почитался большевиками как праздник. Постановили так: «Довести до сведения Горного надзора и инспектора охраны труда и предложить АИК принять меры к предотвращению подобных явлений». Так, может, катастрофы отчасти и происходили потому, что аиковцы отвлекались постоянно от производства на менее важные дела, вроде строительства и украшения Нардомов? 2228

Почему падали вагонетки, крушились крепи и тонули паромы? Потому что не только рабочие, но и руководство среднего звена было некомпетентным. Причем оно наполовину было «иностранным», колонистским. Рудком с удовольствием ловил «некомпетентных» за руку и требовал отстранения их от работы. Читаем текст телефонограммы № 12, подписанной 5 мая 1924 г. зав. ТЭО рудкома ВСГ Криницыным и направленной в Управление АИК: «Настоящим рудком ВСГ извещает Вас, что ввиду поступающих заявлений от рабочих электромонтеров о ненормальной работе и некомпетентности заведующего электропроводкою правого берега гр-на Ника, необходимо создать комиссию для обследования указанной ненормальности. Рудком с своей стороны выдвигает следующих лиц: 1) От рудкома ВСГ Криницына, 2) Монтера электростанции Киселева, 3) Электромонтера Диоше. Кроме того, необходимо ввести в состав комиссии Горного Смотрителя и инспектора охраны труда. Просьба, назначить представителей и с Вашей стороны, а равно и распорядится на счет освобождения на время работы комиссии от занимаемой ими должностей гр-н Киселева и Диоше. К работе комиссия должна приступить не позднее 3-х часов дня 6-го мая с. г.». 2229

Создается впечатление, что рудком как бы пытается помочь АИКу — все равно в каком деле, пусть даже таком неблагодарном, как очищение штата от некомпетентных лиц. Маловажно, что стояло в действительности за такой «помощью» — стремление «укусить» противника или какие иные мотивы. Главное — форма, а она в большинстве случаев была у рудкомовцев доброжелательной. Так что, не стоит представлять образ профсоюзников сугубо в темных тонах. Очень часто рудком шел навстречу желаниям Правления АИК. Пример тому — удовлетворение ходатайства аиковцев, которое последовало на заседании президиума рудкома от 13 марта 1924 г. На АИКе лежала обязанность снабжать рабочих мукой, что было для руководства колонии весьма обременительно. И вот найден компромисс — снабжением мукой занялся Кемеровский ЦРК, так что АИК перестала заниматься несвойственными ей функциями. На заседании присутствовали члены президиума рудкома Тимощенко, Гульбе, Авдеев, Богданович, ответработники рудкома Чухманов, Фальковский, Кузнецов, Сорокин, от укома РКП(б) Черемных, от Управления АИК Котляренко и представитель Кемеровского ЦРК Вдовин. Председательствовал Тимощенко, секретарствовал Чухманов. Из протокола: «СЛУШАЛИ о снабжении Управлением АИК мукой рабочих и служащих. Тов. Котляренко говорит, что при настоящих условиях, когда ЦРК имеет возможность удовлетворить мукой всех рабочих и служащих по тем ценам по которым отпускает АИК, целесообразно эту обязанность с АИК снять и передать ЦРК. Предлагает в силу этого § 33 колдоговора аннулировать, причем АИК берет на себя обязанность отвести в распоряжение ЦРК свои лучшие склады. Тов. Вдовин заявляет, что ЦРК гарантирует полное обеспечение рабочих и служащих мукой по ценам не выше Ново-Николаевского рынка, но при условии отвода Управлением АИК своих лучших складов. ПОСТАНОВИЛИ: Принимая во внимание, что с одной стороны ЦРК, как окрепшая организация, гарантирует снабжение рабочих и служащих мукой по ценам не выше Ново-Николаевского рынка ис другой стороны АИК отводит для ЦРК свои склады, согласиться на аннулирование § 33 колдоговора». 2230

Возможно, нам, сегодняшним, читать про то, где и как отоваривались мукой рабочие, неинтересно. Однако для тогдашних рабочих это был вопрос первостепенной важности. Потому что народ голодал и на каждую горсточку муки местные красногорочники смотрели с вожделением. Иногда, очень редко, попадаются письма этих голодных людей. Из заявления в рудком ВСГ вдовы Ольги Зиновьевны Беляевой: «Так что я осталась от своего мужа Беляева Алексея вдовой с 1-го марта сего года, который работал в механическом цехе за машиниста, и с того времяни и зарегистрировалася в бирже труда на поступленье на работы, но все время ходила на отметку в биржу труда, а на работу так и не могла поступить, когда мне пришло безвыходное положенье, так что и куска хлеба купить не на что, то я пошла проситься к Американцам на огородные работы, но и там мне ответил агроном: корову имеешь? Я сказала нет, то Агроном через переводчика десятника Антона сказал, кто нам корову сдаст, только тех мы можем принять на работы, в чем может подтвердить старушка, которая была со мной, в чем я прошу вас товарищи дать мне какую-нибудь помощь или на поступленье куда нибудь на работу. С почтением к Вам вдова Беляева Ольга». 2231

И опять же получалось, что в горестях Беляевой виноваты бездушные «американцы». Похоже, точно также думал и председатель рудкома ВСГ Тимощенко, который сделал на письме Беляевой приписку и отослал Бронке Корнблит 27 мая 1924 г.: «Т. Корнблит, препровождая заявление Беляевой, обращаю внимание на подчеркнутые строки, если это действительно имело место, то считаю, что необходимо дать соответствующее внушение раздражающим работниц». 2232

Стало быть, аиковцы всегда рисковали получить «внушение» от рудкома только потому, что не имели возможности принимать на работу всех желающих, которые к тому же спешили жаловаться на них за факт отказа.

Дед- лесовик. Он знал, что такое лесоповал для зэков в кузбасской тайге.

После чтения подобных документов оставался тяжелый осадок. Неужели у населения Красной Горки не оставалось в душе ни блестки радости? Почему документы производят столь мрачное впечатление? Были, правда, и отрадные моменты в истории, но как же их мало! Если попадался документ жизнеутверждающий и оптимистичный, мы никогда не упускали случай довести его до сведения читателей. Но еще раз оговоримся — таковых почти не было. В исследуемой папке, например, в которой более 600 листов архивного материала, мы нашли таковой всего один, — некий «Дополнительный план проведения Дня Леса по городу и рабочему району», подписанный председателем комиссии по проведению означенного Дня Денисовым. На плане стоит штамп Кемеровской копи с датой: 23 мая 1924 г. Из плана узнаем, что посадки новых деревьев предполагалось осуществить в городе около Нардома, детдома, школы 2-ой ступени, у аптеки, партклуба и детской площадки, на химзаводе — около рабклуба и Нардома, на правом берегу — около Главной конторы АИКа. Решили сажать только тополя — те самые, которые в 1990-е годы городскими властями так бездумно и интенсивно вырубались! Подыскивание посадочного материала возложили на представителя Щегловского лесничества Исаева, доставлять его поручили ученикам школы фабзавуча и школ 2-ой ступени 24 мая. Предполагалось, что весь посадочный материал должен быть доставлен в субботу 24 мая к 5 часам вечера «в заранее намеченные места», АИКу для подвозки его поручили дать три лошади, две лодки, привлекли также лошадей, числящихся по ведомству УМХ. За доставку отвечали в городе — Зелекман и Чудиновский, на химзаводе и правом берегу — Исаев. Инструмент предоставлялся УМХ и АИКом, «садильщики» приносили с собою собственные лопаты. После посадки деревья поливались пожарными командами АИКа и УМХ.

Как и всякое пропагандистское мероприятие, День Леса обставили соответствующим антуражем. 21 мая в среду на профсобрании химзавода заслушали доклады «Значение дня Леса» и «Лесная политика Соввласти». Эти же доклады повторили также 22-го мая на собраниях профсоюзов. В воскресенье 25 мая провели вечера в Нардомах (ответственные Лузин, Отдельнов и Чухманов). Привлекли оркестры (ответственные Марков, Отдельнов и Чухманов), но не указано, где они играли и когда. Собрали также митинги. На них выступали Шекурин, Видусов и Чухманов. Работу начинали в 9 часов утра, собирались в городе, на химзаводе и правом берегу. 2233

Были, были конечно же, в жизни рабочих и другие «светлые моменты». Например — пролетарские праздники вроде 1 мая. Они начинались торжественно, с демонстраций и красных знамен, но заканчивались — увы! — недельным беспробудным пьянством. Нам попался план проведения этого праздника в 1924 г. Он подробно живописует, как начиналось краснознаменное действо. Сначала шел некий подготовительный период: «В течение апреля на собраниях женщин, РКСМ, финнов, американцев, чувашей и татар поставить доклад: история 1-го мая. Докладчики соответственно выдвигаются на женские собрания: на собрания РКСМ — по соглашению с женотделом и укомом РКСМ: на собрание финнов — т. Салманен, американцев — Рутгерс или Струйк, чувашей — Павлов, татар — Миасаров. 22 апреля — на районных открытых собраниях поставить доклад: История 1-го мая. 28 апреля — на ячейковых открытых собраниях в порядок дня включить вопрос: Ленин в мировом рабочем движении. 30 апреля в клубах-собрания. Поставить доклад «Состояние международного рабочего движения, деятельность МОПРа», что производится через Правления клубов. На праздник первого мая шефы приглашают гостей — крестьян и выделяют в подшефные деревни группы в составе членов РКП, РКСМ, делегаток и беспартийных рабочих для проведения празднования, если этому не помешает состояние дорог. Через профсоюзы и Лиги помощи детям Германии до 1-го мая оформляется членство рабочих и служащих в МОПР и Лигу помощи детям Германии, чтобы на первое мая вовлечь членами подавляющее большинство. Шефы проводят членство также среди крестьян. В день первого мая здания учреждений, нардомов, клубов, нардомов украшиваются зеленью, флагами, плакатами, лозунгами, карикатурами на врагов рабочего класса (Пуанкаре, Чернова, Румынского короля и т.д.), портретами вождей. Украшение учреждений, нардомов, клубов проводится соответственно через фракцию УИК, рудкома ВСГ. Оборудование и украшение трибуны на площади в Щегловске, украшение зеленью арки в Щегловске производится через фракцию рудкома ВСГ. В партклубах первого мая приурочивается открытие уголков Ленина, что проводится Правлениями партклубов. Днем первого мая: в день первого мая организуется два митинга: на правом берегу возле главной конторы АИК и в Щегловске на площади. Начало митинга в 12 часов». 2234

Зрелище, конечно, впечатляющее, особенно в той его части, где речь идет о карикатурах на «врагов рабочего класса». Пока эти враги — «внешние». Придет время, и карикатуры будут рисовать на врагов «внутренних»: Троцкого, Бухарина… Следующий пункт плана «Сборы порядка митинга и демонстрации». В нем сказано: «Члены РКП, РКСМ, Женотдел, членов профсоюзов правого берега собираются по цехам со знаменами, плакатами в 11 часов дня, Горный цех по раскомандировочным, поверхностные рабочие — в столярном цехе, культотдел ВСГ принимает меры к доставлению оркестра к 11 часам дня на Центральную шахту, откуда горнорабочие идут с оркестром мимо Южной шахты, к ним примыкают группы остальных рабочих и все рабочие прибывают к месту митинга на площадь возле главной конторы АИК к 12 часам дня. Председателем митинга назначается т. Тимощенко. Выступают с краткими речами не дольше 5 минут от укома — Скобников, от УИК — Рутгерс, профсоюз — Тимощенко, РКСМ — Виноградов, женотдел — Вдовина А., гарнизона — Конин, американцев — Дуглас, чувашей — Павлов, татар — Миасаров, финнов — Хуттанин, пионеров — по указанию укома РКСМ. По окончании митинга демонстрация идет через рабочий поселок к Нардому, откуда расходятся по домам. Руководителем демонстрации назначается Комаров Феодор, который также руководит движением от Центральной шахты и расставляет прибывших на митинг. Общее руководство и наблюдение за выполнением плана в части, касающейся правого берега, возлагается на члена комитета т. Тимощенко». 2235

Заметим, что на митинге было 11 выступающих. Каждый «держит речь» по пять минут — итого час. Еще час — на шествие до места митинга. И столько же — на демонстрацию. Стало быть, на все про все — три часа. Находиться все время на ногах тяжеловато. Но что не вытерпишь ради праздника и… идеи. Сегодня, как и семьдесят лет назад, за ту же идею потомки тех далеких демонстрантов, нынешние старички и старушки по крайней мере пять раз в год выходят на те же демонстрации и шествуют за вожаком под красными знаменами и даже распевают нечто похожее на «Интернационал». Времена меняются — идеи остаются. Вымирают постепенно лишь их носители…

Следующий пункт плана называется «В городе»: «К 11 1/2 час. дня члены РКП, РКСМ, женотдел, члены профсоюзов собираются на берег Томи возле больницы с оркестром. Рабочие химзавода в 11 час. дня собираются вместе по указанию завкома и с оркестром к 11 1/2 час. дня прибывают на берег Томи возле больницы, откуда прибывают на площадь к трибуне к 12 час. дня. Рукводителем движения от больницы до трибуны назначается т. Арнаутов, который тоже устанавливает порядок расположения возле трибуны. Руководителем движения от химзавода — т. Отдельнов. Организует сбор Щегловских рабочих и служащих т. Марков, член правления Совработников. Председателем митинга назначается т. Марков. На митинге с краткими речами не более 5 минут выступают: от Укома-УИК — т. Малиновский, профсоюза — т. Марков, рабочего района Отдельнов, РКСМ — Денисов, женотдела Букина, американцев Гросс, финнов — Салмонен, пионеров — по указанию Укома РКСМ, гарнизона — Мащенко. Прибывшие призывники 1902 года идут на митинг к 12 часам дня в порядке и под руководством по указанию т. Мащенко. По окончании митинга — демонстрация через арку на берег Томи до больницы, откуда расходятся по домам. Руководит демонстрацией т. Арнаутов. Днем организуются для школьников детские спектакли: в рабочем районе — через культотдел ВСГ, в городе через УОНО. В ознаменование дня 1-го мая улучшить положение детей в Щегловском детдоме, для чего просить отпустить средства: АИК — 50 руб., Рабкооп — 50 руб., УИК — 25 руб., ВСГ — 25 руб. Вечером 1-го мая во всех Нардомах бесплатные спектакли. Рекомендуются пьесы: «Рабочая Маёвка», «Дурные Пастыри», общее руководство и наблюдение за выполнение плана в части, касающейся города, возложить на т. Маркова. В деревне: Привлечь к участию в праздновании Нардома Избы-читальни. Отметить день 1-го мая митингами, демонстрациями, спектаклями, докладами, перед спектаклем, об истории 1-го мая и работе МОПРа и Лиги помощи Германским детям. Агитотделу разослать циркуляр о праздновании через УОНО — в дополнение к информации секретарей волкомов, бывшей после уездной партконференции». 2236

<< Назад    Далее>>

 Страница 6 из 7

 [ 01 ] [ 02 ] [ 03 ] [ 04 ] [ 05 ] [ 06 ] [ 07 ]

Примечания

Содержание

Ждем Ваших отзывов.

По оформлению и функционированию сайта

Главная

Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

Наши гости

Нам пишут...

Библиография

Историческая публицистика

               

© 1984- 2004. М. Кушникова, В. Тогулев.

Все права на материалы данного сайта принадлежат авторам. При перепечатке ссылка на авторов обязательна.

Web-master: Брагин А.В.

http://teplo-plenka.ru/ счетчики поверка.
Хостинг от uCoz