Найти: на

 

Главная

Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

Наши гости

Нам пишут...

Библиография

Историческая публицистика

 

Историческая публицистика

СЕРГЕЙ ДЗЕНЗЕЛЬ, РАССТРЕЛЯННЫЙ «ШПИОН»

(Живы и здравствуют его потомки! Как они отнесутся к публикации документов сталинской поры?)

Недавно новокузнецкий литератор Борис Дзензель обратился в редколлегию альманаха «Литературный Кузбасс» с просьбой посмотреть его рассказ «Фабрика»: не подойдет ли для печати?

Рассказ нам понравился. Мы не знали автора лично, однако его фамилия показалась знакомой: в книгах мы поминали иногда кузнецкстроевского инженера Сергея Михайловича Дзензеля, его расстреляли в 1937г. И вот оказалось, что Борис Дзензель – потомок упомянутого С. М. Дзензеля.

Мы написали Б. Дзензелю письмо, которым предваряем публикацию его рассказа «Фабрика» на нашем сайте.

 

Добрый день!

Документы о Сергее Михайловиче Дзензеле. Их не очень много. Вот краткий пересказ того, что нашел я в бывшем партийном архиве Кемеровской области. Извините, что не излагаю найденное в хронологическом порядке, и все выглядит довольно бессвязно, однако за точность сообщаемых сведений ручаюсь.

1. Выписка из протокола заседания Сталинского горкома ВКП(б): «7 сентября 1937г. ХАРЧЕНКО Николай Андреевич (р. 1908), начальник рудокопрового цеха. Суть дела: Харченко с 1935г. имел систематическую политическую связь с врагом народа шпионом Дзензелем – до самого ареста Дзензеля, и проводил свою контрреволюционную деятельность… Заводским партийным комитетом Харченко из рядов ВКП(б) исключен за систематическую связь и пособничество врагу народа Дзензелю, бытовое разложение и как врага народа…».

2. То же, от 15 сентября 1937г.: «ЗАРОВНИК Владимир Алексеевич (р. 1900), инспектор ИТР отдела кадров КМК. Суть дела: Заровник В. А. был тесно связан с разоблаченным и арестованным органами НКВД шпионом Дзензелем. Связь продолжалась вплоть до ареста Дзензеля. Заровник, будучи, несомненно, единомышленником Дзензеля и его пособником, систематически с ним пьянствовал, вовлекал в этот шпионский круг других лиц (Усанин и др.). Во время встреч с Дзензелем занимались контрреволюционными разговорами. Будучи тесно связан со шпионской деятельностью Дзензеля и Твердохлебова, Заровник умалчивал даже о таких фактах, когда Дзензель избивал Заровника (факт не отрицаемый Заровником). Заводский партийный комитет Заровника как единомышленника и соучастника шпионской деятельности Дзензеля, как предателя и врага народа из рядов ВКП(б) исключил. Постановили: Решение ЗПК утвердить. Заровника В. А. как единомышленника и соучастника шпионской деятельности Дзензеля, как предателя и врага народа из рядов ВКП(б) исключить».

3. То же, от 3 ноября 1937г.: «СЕВОСТЬЯНОВ Никифор Михайлович (р. 1898). Суть дела: Севастьянов был связан с разоблаченным врагом народа шпионом Дзензелем и его соучастниками и пособниками Харченко, Заровником, неоднократно бывал у них на вечеринках. Севастьянов, близко зная этих людей, не разоблачил их вражеской деятельности…».

4. То же, от 23 ноября 1937г. «ГЛУЩЕНКО Георгий Дмитриевич (р. 1906), зам. директора КМК. Суть дела: Глущенко Г. Д. входил в контрреволюционную шпионскую группировку, организованную шпионом Дзензелем и Добровольским. Глущенко был их доверенным лицом и соучастником… Постановили: Решение ЗПК утвердить. Глущенко Георгия Дмитриевича как врага народа и соучастника шпионской организации Дзензеля, Добровольского и связанного с врагами народа из рядов ВКП(б) исключить».

5. То же, от 3 января 1938г.: «УСАНИН Григорий Иванович (р. 1900), механик копрового цеха. Суть дела: Усанин Г. И. имел связь с врагом народа шпионом Дзензелем, Усанин систематически встречался с Дзензелем и был с ним в близких дружественных отношениях, ездили на охоту, устраивали совместные пьянки… Постановили: Усанина Григория Ивановича за связь с врагом народа шпионом Дзензелем… из рядов ВКП(б) исключить».

6. То же, от 5 февраля 1938г.: «УСАНИН Григорий Иванович (р. 1900), механик копрового цеха. Суть дела: 3 января 1938г. бюро Сталинского ГК ВКП(б) Усанина исключило из партии за связь с врагом народа Дзензелем… Усанин подал заявление о пересмотре его дела, бюро горкома ВКП(б), разобрав заявление, установило, что Усанин ездил несколько раз на охоту с группой лиц, среди которых был враг народа Дзензель, после охоты устраивал выпивки, где также был Дзензель… Постановили: … объявить выговор с занесением в учетную карточку…».

7. Из личного дела Дроздова Алексея Кузьмича (р. 1904, агент на угольных ямах желдорцеха). 20 июня 1934г. Дзензель выступает на заседании Сталинской районной комиссии по чистке. На этом заседании Дроздова исключают из партии за то, что он «скрыл тестя, подлежащего раскулачиванию». Выступление Дзензеля: «… Дроздов, по-видимому, случайно проскочил в партию, скрыв, что тесть раскулачен и сослан в Нарым…».

8. Из личного дела Усанина Григория Игнатьевича (р. 1900, механик строительства ТЭЦ). Из письма Усанина в Новосибирский обком ВКП(б) (даты нет): «… Решение бюро горкома ВКП(б) Сталинска об исключении меня из рядов членов партии за связь с врагами народа, Дзензелем, считаю резким, моя связь выражалась в следующем: Дзензеля я всего видел три раза… В 1936г. были вместе на охоте, т.к. была коллективная вылазка на охоту на автомашине. 1 января 1937г. я пригласил для встречи Нового года Харченко, начальника цеха, Заровника, его заместителя, и Дзензеля. На почве ревности Дзензель ударил Заровника, с этого момента я больше не видел ни Дзензеля, ни Заровника…». Из письма Усанина неустановленному адресату 16.09.1937г.: «… В 1935 году в зимнее время я с женой зашел к Харченко поиграть в бильярд, у него не было никого. Спустя немного времени пришел Дзензель, я пробыл у него часа три, с этого момента до 1936 года я Дзензеля на встречал. В августе 1936 года Харченко приглашает меня на охоту. Захожу к нему, у него ожидает меня Заровник и Дзензель… Так как я с Харченко был знаком раньше, пригласил его и Заровника в новый год, т.е. 1 января 1937 года, в гости. Когда пришли к Харченко, Заровник, и с ним пришел Дзензель, когда выпили, Заровник приревновал свою жену к Дзензелю, и Заровник ударил свою жену, а Дзензель дал один удар по щеке Заровнику. Я попросил освободить мою квартиру, после моей просьбы они мою квартиру освободили. С тех пор Дзензеля я не видел, и не был ни одного раза на квартире…». Из протокола общего закрытого собрания парторганизации копрового цеха от 26.10.37г.: «Тов. Кашаев сообщает, что Усанин был тесно связан с чуждыми элементами, врагами народа Дзензелем и Харченко». Выступление Усанина: «Дзензеля я видел один раз… В 1936 году Харченко пригласил меня на охоту и я у него увидел Дзензеля…». Выступление Долматова: «… Я слыхал, что Усанин вместе с Харченко, Заровником и Дзензелем и Плетом ездили на охоту и охота сопровождалась выпивкой». Выступление Борщуковой: «… Усанин не может отрицать, что с Харченко у него была тесная связь, а через Харченко и с Дзензелем. На квартире у тебя была пьянка, где Дзензель избил Заровника, почему этот вопрос не был обсужден? Дзензель как шпион подкупил Заровника, бил его, а он молчал, почему ты не разоблачил этого? Или Дзензель тоже устрашил Усанина и приказал молчать?...». Выступление Грищенко: «… Связь Усанина с Харченко и Дзензелем и Заровником была самая тесная…». Выступление Юркова: «… Усанин был тесно связан с Дзензелем и Харченко… Усанин пьянствовал с Дзензелем, а здесь говорит, что его не знает и видел только один раз…». Выступление Усанина: «… Категорически заявляю, что связи с Дзензелем я не имел…».

9. Из книги Франкфурта «Рождение человека и стали» (1935): «Комсомольцы в литейном цехе занимали и командные позиции. Комсомолец-сибиряк Дзензель был помощником начальника цеха. Он организовал рабочих, налаживал их обслуживание, подтягивал к строительству материальные ресурсы. Дзензель и с ним все комсомольцы крепко дрались за то, чтобы их цех – комсомольский – всегда имел все необходимое…».

10. Из протокола заседания бюро Сталинского горкома ВКП(б) от 14 ноября 1935г.: «ДЗЕНЗЕЛЬ Сергей Михайлович (р. 1908), начальник цеха. Постановили: Дзензеля С. М., румынского перебежчика, обманным путем пробравшегося в партию, из партии исключить».

11. Из выступления некоего Андреева на партсобрании заводоуправления КМК 17 августа 1936г.: «Дзензель участвовал в [контрреволюционной] группировке, и т. Харченко очень дружен с ним, их везде и всегда можно видеть вместе. Если просятся на курорт, то обязательно на один и тот же, в общем, всеми силами стараются находиться каждую минуту вместе, т.е. я считаю, что Харченко нужно будет проверить».

12. Из выступления некой Борщуковой на партсобрании копрового цеха КМК 26 октября 1937г.: «Усанин не может отрицать, что с Харченко у него была тесная связь, а через Харченко и с Дзензелем. На квартире у тебя была пьянка, где Дзензель избил Заровника, почему этот вопрос не был обсужден? Дзензель как шпион подкупил Заровника, бил его, а он молчал, почему ты не разоблачил этого? Или Дзензель тоже устрашил Усанина и приказал молчать?».

13. Из речи Борщуковой на партсобрании копрового цеха 3 ноября 1937г.: «[Долматов]… неискренне рассказал перед партией, что он тесно связан с Дзензелем. Долматов знал, что Дзензель исключен из партии, но дал рекомендацию для вступления в советское гражданство. Долматов знал, что Дзензель разоблачен как враг народа, но он пошел на соглашение в квартиру к Дзензелю по приглашению Адонина. Где твоя бдительность как коммуниста?».

14. Из выступления некоего Гагарина на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «Заровник работал помощником Дзензеля и не знал его контрреволюционных действий – этому трудно поверить. Предлагаю, товарищи, Заровника из партии исключить».

15. Из протокола заседания парткома КМК от 6 ноября 1937г.: «… Глущенко входил в контрреволюционную шпионскую подпольную группировку, организованную шпионами Дзензелем и Добровольским, был их доверенным лицом и соучастником…».

16. Из выступления Григорьева на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «Товарищ Симонов вопрос о связи Заровника с Дзензелем на партсобрании поставил, но тов. Заровник на том собрании о связи с Дзензелем говорил очень мало и далеко не все. Тов. Севастьянов на том собрании о своей связи с Дзензелем и Харченко не сказал. По-моему, у Заровника с Дзензелем связь была большая, и он должен понести партийное наказание».

17. Из протокола общего собрания копрового цеха КМК от 3 ноября 1937г.: «Долматов не отрицает, что он имел знакомство с Дзензелем, было несколько встреч. Впоследствии Дзензель просил рекомендацию у Долматова в восстановлении его в советском гражданстве, но Дзензель был уже в то время исключен из партии ВКП(б). Долматов не признает связи как со шпионом Дзензелем только потому, что он не знал его хорошо: за Дзензелем я не замечал никаких антипартийных выступлений, и я знаком с Дзензелем с 1930г. …».

18. Из протокола заседания парткома КМК от 17 ноября 1937г.: «… В мае 1936г. Долматов исключался из партии за скрытие своего социального положения. В январе 1937г. он был восстановлен членом партии. Долматов П. В. имел близкую связь с врагом народа шпионом Дзензелем. Прочность этой дружбы дошла до того, что Долматов дал Дзензелю рекомендацию для принятия советского гражданства (уже после исключения Дзензеля из рядов ВКП(б)…»…».

19. Из речи Заровника на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «… Познакомился сначала с Харченко и потом с Дзензелем. С Дзензелем встречался только в компаниях, личной связи у меня с Дзензелем не было. Дзензель раз меня ударил в глаз, и после этого я с ним не разговаривал, за исключением свиданий в клубе… Часто вращаясь в кругу их, я мог бы и был обязан Дзензеля с Харченко разоблачить, но я не сделал этого. С Дзензелем я до 1934 года ни разу не участвовал. Познакомился я с ним через Харченко… Я знал, что Дзензель был исключен из партии как иностранный перебежчик, но допустил политическую близорукость».

20. Из протокола заседания парткома КМК от 29 августа 1937г.: «… Заровник подвергался партийному взысканию за сокрытие от партии такого обстоятельства, что отец его жандарм. Проверкой установлено, что Заровник тесно связан с разоблаченным и арестованным органами НКВД шпионом Дзензелем. Заровник, будучи, несомненно, единомышленником Дзензеля и его пособником, систематически с ним пьянствовал, вовлекал в этот шпионский круг других лиц (Усанин и др.)…».

21. Из выступления Кашаева на общем партсобрании копрового цеха КМК 3 ноября 1937г.: «(Долматов) имел связь с начальником копрового цеха Дзензелем, румынским шпионом, было хождение на квартиру к Дзензелю, и Дзензель ходил к Долматову».

22. Из выступления Кожемякова на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «Вокруг шпиона Дзензеля группировался Заровник (сын городового), Твердохлебов (сын торговца), Буторин (сын попа), Харченко (сын офицера). Они не могли замечать недостатки друг у друга в течение 4 лет. Они знали о Дзензеле, и он их завербовал…».

23. Из выступления Любкина на общем открытом партсобрании 1-го мартеновского цеха КМК 26 мая 1937г.: «Тов. Шкляр и Юрасов потакали вредителям, когда коммуниста Полторана гоняли с одного места на другое, а на его место поставили диверсанта-шпиона Дзензеля…».

24. Из протокола №26 заседания парткома КМК от 21 августа 1937г.: «… В июле 1937г. первичная организация завкома металлургов исключила Мальцева из рядов ВКП(б) за притупление классовой бдительности, выразившееся в групповом пьянстве с врагом народа Дзензелем…».

25. Из речи Мезенцева на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «Мы говорим о политической бдительности, но на деле этого не делаем. Связь Заровника с Дзензелем была всесторонняя. Узнав о том, что Дзензель шпион, Заровник пошел в ЗПК справляться, а сам этого вопроса не ставил. Когда арестовали Дзензеля, они организовали розыски Дзензеля. Отец Заровника был городовым, а Заровник скрывал. Дзензель Заровника бил в морду, а он снова ходил к нему…».

26. Из выступления Михайлова на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «Товарищ Заровник сам не отрицает, что все знал о Дзензеле и держал с ним теснейшую связь. Трудно поверить, что Заровник с ним не имел политическую связь…».

27. Из речи Остренко (1938г., точная дата не установлена): «… Харченко начальник копрового цеха, Севастьянов пом. начальника отдела кадров, Заровник работает в отделе кадров. Эта тройка входила в шпионскую группу, организованную шпионом Дзензелем. Трудно подробно рассказать о деятельности группы, нам только удалось установить, что эти враги не прекратили связи с Дзензелем после его разоблачения и исключения из ВКП(б), а это еще было при проверке партдокументов вплоть до дня ареста Дзензеля. Известно, что эта публика сильно держалась в руках Дзензеля. Нам известен такой случай, когда Дзензель вдребезги разбивает физиономию Заровнику, причем это не вызвало у него даже протеста…».

28. Из реплики неизвестного на речь Ровенского (общезаводское партсобрание КМК 18 января 1938г.): «…Надо приобщить такой факт к Остренко, что в мартеновском цехе была связь Шкляра с Колесниченко и что Шкляр перетащил Дзензеля на доменный цех. Остренко этого не разбирал…».

29. Из речи Севастьянова на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «С Дзензелем (я) познакомился через Харченко, и вместе выпивали и играли в карты. Дзензеля совершенно не знал. Узнал позднее, что он исключен из партии, и всякую связь с Дзензелем и Харченко порвал. Моя вина в том, что я знал о исключении Дзензеля из партии, об этом умолчал и нигде этого вопроса не ставил. Тов. Заровник имел больше связь с Дзензелем, чем я, и он меня также не предупреждал. Тов. Заровник на ЗПК о своей связи с Дзензелем полностью все не рассказал… (Я) очень недолго был знаком с Харченко и был у него на квартире, где 2-3 раза присутствовал Дзензель. Узнав о том, что Дзензель исключен из партии, я сразу же эту связь порвал и поставил об этом в известность ЗПК».

30. Из протокола №32 заседания парткома КМК от 3 октября 1937г.: «… Севастьянов был связан с разоблаченными врагами народа – шпионом Дзензелем, его соучастником и пособником Харченко, Заровником и др. …».

31. Из выступления Скобликова на общем партсобрании копрового цеха КМК 4 сентября 1937г.: «Я считаю, что не случайно бывший начальник цеха Дзензель шпион. Харченко его близкий друг и не исключена возможность, (что он) способствует вредительству».

32. Из выступления Усанина 26 октября 1937г.: «Дзензеля я видел один раз, когда он был на коксовом цеху, больше его я не видел… В 1936г. Харченко… пригласил меня на охоту, и я у него увидел Дзензеля».

33. Из протокола заседания парткома КМК от 17 ноября 1937г.: «… Усанин Г. И., работая на кузнецком металлургическом заводе, имел связь с врагами народа: шпионом Дзензелем и его пособником Харченко… Под новый год в 1937г. на квартире у Усанина была устроена очередная пьянка, на которой в числе других гостей был Харченко и Дзензель…».

34. Из выступления Филинкова на партсобрании желдорцеха КМК 4 апреля 1937г.: «Необходимо разоблачить вопрос с Дзензелем, который имел тесную связь с Грольманом».

35. Из протокола №26 заседания парткома КМК от 21 августа 1937г.: «Харченко с 1935г. имел систематическую бытовую и политическую связь с врагом народа – румынским шпионом Дзензелем до самого ареста Дзензеля…».

36. Из выступления Чиркова на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «Учитывая за тов. Заровником старые «грехи», т.е. скрытие от парторганизации работы своего отца в полицейском управлении в 1904 году, приходится сделать выводы, что связь и дружба его с врагом народа Дзензелем не случайна… Связь его с Дзензелем была настолько крепка, что тот его бьет в морду, а он идет к нему работать в помощники. Я целиком поддерживаю предыдущих товарищей об исключении Заровника из рядов партии…».

37. Из выступления Щербатова на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «ЗПК исключил из рядов ВКП(б) Харченко и Мальцева за связь с врагом народа Дзензелем до дня его ареста. На заседании ЗПК выяснилось, что тов. Заровник и Севастьянов также были знакомы и имели связь с Дзензелем. ЗПК предложил нашей парторганизации детально разобраться в характере их связи с Дзензелем».

38. Из речи Щербатова на партсобрании отдела кадров КМК 22 августа 1937г.: «Дзензель использовал тов. Заровника как политического информатора. Тов. Заровник и тов. Севастьянов этого вопроса полностью не поняли. Дзензель Заровника ударил по морде, а он идет к нему работать… Связьс Дзензелем продолжалась до дня его ареста; тов. Заровник знал хорошо, за что исключен из рядов партии Дзензель».

39. Из выступления Юркова на партсобрании копрового цеха КМК 4 сентября 1937г.: «Бывший начальник цеха Дзензель – шпион, враг народа, Харченко его друг и нет никакого сомнения, что он ведет подрывную работу».

 Таким образом, из документов вырисовывается круг знакомых С. М. Дзензеля, а также круг его недругов.

Приведенные выше документы были полностью опубликованы нами в книгах: «От Кузнецкого острога до Кузнецкстроя» (1998) и «Кемерово и Сталинск: панорама провинциального быта в архивных хрониках 1920-1930-х гг.» (1999). Мы не стали комментировать эти документы. У меня была другая цель – опубликовать источники, касающиеся С. М. Дзензеля и тысяч других пострадавших, пока это еще возможно.

Если Вам интересно узнать подробнее о тех, кто входил в коммуникативную ауру С. М. Дзензеля, рекомендую воспользоваться Сводным Указателем к опубликованным нами книгам, в нем – более 19 тысяч имен, преимущественно тех, кто связан с Кузбассом сталинской поры. Означенный Сводный Указатель выложен на нашем литсайте в разделе «Биобиблиография».

Я хочу также обратить Ваше внимание на пятый выпуск новокузнецкого альманаха «Кузнецкая Крепость». В нем поминается имя С. М. Дзензеля. Правда, меня озадачило несколько вольное обращение с источниками: из означенного выше словаря «От Кузнецкого острога до Кузнецкстроя» заимствуется значительное количество цитат без каких-либо ссылок на нашу работу. На нашем сайте мы опубликовали рецензию под названием «Пятый блин комом», там приводится множество параллельных мест между текстом словаря «От Кузнецкого острога до Кузнецкстроя» и публикациями в альманахе. Заимствования настолько откровенные и многочисленные, что пришлось тут же отвечать.

Ну да бог с ним, с альманахом этим. Нас сейчас заботит иное. Даже на примере С. М. Дзензеля видно, насколько непарадна история. Мы опубликовали много документов сталинской поры, и теперь получаем бумеранги. Уже в который раз приходится выслушивать обвинения в безнравственности.

Вот мы процитировали выше документы о С. М. Дзензеле. Вопрос: насколько этично их публиковать?

Я имею ввиду отнюдь не только пассаж с «мордобитием». Мы привели конкретные фамилии тех, кто с каким-то необъяснимым злорадством обвинял в связях с Дзензелем Заровника, Харченко и других. А сегодня даже в московском «Мемориале» распространено мнение, что имена тех, кто выступал с погромными речами, разглашать аморально, потому что есть потомки, которые ни в чем не виновны. Кроме того, есть еще «личная тайна», которая препятствует раскрытиям личных досье сталинских времен.

И тут – дилемма. С одной стороны, аморально имена рассекречивать. Но ведь и засекречивать – тоже аморально! Потому что засекречивания приводят к искаженному восприятию истории, сокрытия имен оберегают тайны чекистских подвалов. И это в стране, в которой по сю пору добрая половина дел, хранящихся в архивах Управлений ФСБ, не подлежит огласке, и почти повсеместно не выполнен Указ Президента РФ (1992) о передаче дел по 58-й статье из Управлений ФСБ в госархивы!

Идут полемики и споры. Мы предпочитаем придерживаться лозунга «Правда и красота всегда нужны людям».

Не все, однако, так просто. О болезненности вопроса можете судить по публикации «Первые уроки дела Назарова» . Краткая история вопроса: беляк Назаров, расстрелянный под Новокузнецком в июле 1920г., до сих пор не реабилитирован. Доступа к его делу нет. Оно хранится в архиве ФСБ (хотя непонятно, зачем его там держат, и какое отношение ФСБ имеет к расстрелам 83-летней давности). В декабре 2002г. кемеровский областной суд принимает решение в реабилитации отказать, потому что от действий Назарова якобы страдало местное население. Приводится факт, что в 1919 году Назаров повелел расстрелять какого-то красноармейца. Нет ни имени красноармейца, ни места его расстрела. А был ли он вообще как таковой, этот красноармеец? Кто поручится, что летом 1920г., когда ЧК расстреляло Назарова, дело не сфабриковали? В качестве свидетелей расстрела «красноармейца» проходят 5 человек – это именно те, кто… расстреливал «красноармейца» по приказу якобы Назарова. Получается, что все свидетели – прямые участники дела. И, значит, нет свидетелей, это очевидно. Тогда почему не реабилитируют за отсутствием улик? Почему не дают исследователям ознакомиться с делом Назарова? И разве не становится ясным, что «тайны чекистских подвалов» - это не миф, они по сю пору оберегаются Законом!

Дело С. М. Дзензеля тоже иллюстративно. Оно снимает сусальную позолоту с эпохи «великих строек». Я помню, с каким замешательством читали мы много лет назад речи академика И. П. Бардина, в которых он похваляется успехами на стезе разоблачения «инженеров-вредителей», лихо обвиняя их в шпионаже. Но ведь в числе «шпионов» был и С. М. Дзензель! Конечно, потомки могут И. П. Бардина простить и оправдать: времена были такие. Но можно ли забыть? И так ли уж однозначно будет восприниматься сейчас культ Бардина, «человека-памятника», если учесть, что его разоблачительская деятельность началась еще в 1928 году, то есть задолго до пика массовых репрессий!

***

Очень рад был знакомству. Ваш рассказ «Фабрика» мы опубликуем на литсайте при ближайшем обновлении. Если есть что-либо еще «в заначке» - присылайте, мы с удовольствием прочитаем. Не забывайте нас, пишите.

Вячеслав ТОГУЛЕВ.

Сентябрь 2003г.

 ПРИЛОЖЕНИЕ

Борис ДЗЕНЗЕЛЬ. Фабрика (рассказ).

Историческая публицистика

Ждем Ваших отзывов.

По оформлению и функционированию сайта

Главная

Кузнецк в жизни и творчестве Ф. М. Достоевского

Наши гости

Нам пишут...

Библиография

Историческая публицистика

Литературная страничка - Дом Современной Литературы

               

© 1984- 2004. М. Кушникова, В. Тогулев.

Все права на материалы данного сайта принадлежат авторам. При перепечатке ссылка на авторов обязательна.

Web-master: Брагин А.В.

www.NovynyNauky.com: Художественные шедевры в компьютерной программе
Хостинг от uCoz